Прохожий

Черный кот медитировал в углу у окна, сгорбившись над миской с сухим кормом. Судя по выражению морды,жизнь разочаровала его давно и окончательно.

Солнце светит всем, даже слепым.

Пятый всадник Апокалипсиса придет в хирургической маске, и в руках у него будет шприц!

Иоанн Богослов в "Откровении" называет четырех всадников Апокалипсиса. Это Чума, Война, Голод и Смерть. Я бы добавил пятого - это Наука. Наука - это чудовищный Голем, изначально созданный для того, чтобы помогать людям, но из-за сбоя начавший из уничтожать.

Здоровье, покой и долголетие дарит именно способность забывать все ненужное, ранящее нас.

Прежде Александра полагала, что люди, имеющие связи с загробным миром, должны быть аскетами и вегетарианцами, но при взгляде на пышную фигуру Клавдии она разуверилась в этом. Правда, Леонид выглядел так, словно питался исключительно кладбищенской землёй и венками с могил.

И художница впервые подумала, что совсем не хотела бы заглянуть в свое будущее.

В его мутных глазах горели огоньки, словно кто-то светил через грязные окна фонариком.

Одной из самых тяжёлых сторон ее профессии была именно необходимость общаться с малоприятными людьми, сохраняя самообладание и посылая любезные улыбки.

Юлия Петровна относилась к той разновидности жителей центра старой Москвы, которые почти никогда не покидают ареала своего обитания. Александре встречались люди, чьи передвижения ограничивались несколькими переулками, с которыми они срослись, как улитка с раковиной.

Юлия Петровна вообще говорила очень много, стараясь удержать возле себя слушателя, прежде чем снова оказаться в одиночестве. Александре во время ее кратких визитов непременно предлагались чашка чая и расклад на картах Таро, с которыми Юлия Петровна не расставалась. Чай художница выпивала, а от гадания вежливо отказывалась.

Букет был огромен и ярок, под стать раскаянию скульптора.

Это ведь очень древний обычай - ничего не есть и не пить в компании врага.

Этот человек притягивал ее, как луна притягивает море, как магнит - иголку.

Яркое завершение безумного дня - Александра сидела в ресторане напротив человека, которого считала чудовищем и убийцей.

Поддельного Кустодиева куда легче всучить блестящему олигарху, считающему себя божеством, чем заплесневелому старичку-коллекционеру, который годами питается одной кашей.

Тучи ушли, ветер утих. В небе виднелся эмалевый серп луны, словно нашитый на лоснящийся зеленоватый шелк.

Меня один раз цыганка на Ярославском вокзале так обработала за минуту, что я очнулся в пустой электричке, в Софрино, без денег, без документов.

Леонид исчез с молниеносной быстротой, словно пылающая на мартовском солнце радужная капель растворила его в своем спектре.