Дневники смолянки

Смольный институт, открытый по приказу Екатерины II, – первое женское образовательное учреждение в России, цель которого "дать государству образованных женщин, хороших матерей, полезных членов семьи и общества". Со временем характер заведения изменился, институт стал замкнутым привилегированным заведением, за чьим красивым фасадом скрывался казарменный режим, а учеба заключалась в бездумной зубрежке. В своем мемуарном очерке Елизавета Водовозова без прикрас описывает институтские нравы: строгост...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

77 оценок

5
61%
4
38%
3
1%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 89Хотят прочитать 211

Рецензии

Melenka11 февраля 2018 г.
Книга очень познавательная, жизнь смолянок описана подробно и хорошим русским языком. Это не просто воспоминания, но и анализ происходящего. Прочитав ее, поняла, что почти ни одно мое представление об институте благородных девиц не соответствовало действительности.
Можно говорить о предвзятости писательницы, однако, сравнивая с другими мемуарами, думаю, что описания хоть и резкие, но фактически более-менее точные.
Хороша как книга для внеклассного чтения.
10
839
reader-889158115 января 2024 г.
Книга довольно хорошо описывает жизнь в институте благородных девиц и его нравы и недостатки. И это сильно отличается от того как его представляют сегодня. Я иногда встречала посты в социальных сетях в которых говорилось: а вот до революции было такое образование,духовность, нравственность и д.т и т.п. Думаю авторам этих посты стоит почитать эту книгу и убедиться, что в образовании того времени были свои проблемы и недостатки. Многие перекочевали и в наше время. И неправильно говорить: такого раньше не было. Было. Вот вам рассказ человека который был свидетелем и участником. Возможно автор немного сгущает краски. Но, с другой стороны, она это пишет с высоты возраста и жизненного опыта и может проанализировать и понять как на неё повлияло обучение в этом учебном заведении.
Читать далее
6
206
peren_nial4 ноября 2025 г.
Лучик света в царстве институтского мрака, пошлости и невежества
Дневники смолянки для меня стал неким новым экспириенсом, потому что до этого в моих руках оказывались мемуары женщин только с ужасно тяжелыми судьбами, как например в "Цветке пустыни".
В этой же книге воспоминания смешанные, где-то жизнь в институте виделась прям по армейски сложной, где-то жизнь играла совершенно другими красками, но обо всем по порядку.
Не удивлюсь, если вы тоже не удивитесь, если узнаете, что в Институте благородных девиц изучали далеко не физику с математикой. По большей части женское учебное заведение должно было стать местом нравоучений и воспитания традиционной женщины (ну а что еще нужно в 19 веке), хотя как одна из первых попыток дать женщине что-то наподобие образования — довольно неплохо. С учетом того что, если честно, в каком-то смысле многое вообще не поменялось с того времени.
Первую половину книги можно описать как "учение — свет, а неучение в Смольном институте", потому что воспитанниц действительно в нашем привычном понимании не обучают:

Нравственное воспитание у нас стояло на первом плане, а образование занимало последнее место; вследствие этого наши учителя не имели никакого значения в институте.
У будущих воспитательниц, которые должны были нести живое слово, совершенно была подавлена душевная жизнь и проявление самостоятельной воли и жизни.
Руководили всем классные дамы — фактически просто надзирательницы, которые следили скорее за правильно подобранным туалетом, чем получаемыми знаниями. А еще они любительницы плести интриги и нелюбительницы реформ, так как они предполагали освобождение женщины от вечного услужения и повиновения. Из смешного, многие даже книг не читают, да и библиотека в заведении отсутствует:

Классные дамы не могли и не желали возбуждать в нас стремление к чтению. Сами крайне невежественные, они настойчиво проповедовали необходимость для молодых девушек усвоить лишь французский язык и хорошие манеры, а для нравственности — религию. "Остальное все, пар и, как пар, быстро улетучится... - выражалась Тюфяева. - Вот я, например, после окончания курса никогда не раскрывала книги, а, слава богу, ничего дурного из этого не вышло: могу смело сказать, что начальство уважает меня."
Молчу уж про такие мелочи, как недостаточное питание, совершенно неудобная одёжа, отсутствие нормального отопления и запрет на какие-либо забавы — результатом этого всего стали вечные недомогания, которые исправлялись любимым многим лазаретом, так как только там кормили и поили нормально. Сама Е.Н. Водовозова отзывается об учении в альма-матери так:

Все, точно нарочно, было приноровлено к тому, чтобы воспитать не человека, не мать, не хозяйку, а манекен и, во всяком случае, слабое, беспомощное, бесполезное, беззащитное существо.
Вторая половина книги резко приобретает совершенно другой тон повествования, так как в игру вступает сам К.Д. Ушинский, реформатор и новатор. Ушинский был назначен инспектором, ну и долго не разбираясь выяснил, что студентки то ничего не могут: языков не знают, рассуждать и анализировать не умеют, классику они не читали, сочинения не писали, стихов не выучили. Короче работенки подкинули ему много. По итогу практически всех преподавателей пришлось выкинуть, а с надзирательницами провести воспитательную беседу. Далее он своими силами проповедовал девушкам важность образования и альтруизма (недопустимости рабства и важность распространения образования среди крепостных и женщин), и большинство учениц, устав от жестоких правил, с большим интересом внимали всему новому, что им рассказывали. Сам Ушинский говорил:

Вы должны, вы обязаны зажечь в своем сердце не мечты о светской суете, на что так падки пустые, жалкие создания, а чистый пламень, неутолимую, неугасимую жажду к приобретению знаний и развить в себе прежде всего любовь к труду. Постоянный умственный труд разовьет в душе вашей чистейшую, возвышенную любовь к ближнему, а только такая любовь дает честное, благородное и истинное счастье. Добиться этого величайшего на земле счастья может каждый, следовательно, человека можно считать кузнецом своего счастья.

Подводя итог, можно сказать, что особо многого по итогу из этой книги нового я не усвоила. Читать было бесспорно интересно, и язык мне не показался устаревшим, но я и так прекрасно знала, что образование для женщин в то время было нетипичным, а учение религии и нравам было первоочередною задачей. Однако было интересно читать с появлением Ушинского как разгоралась жажда знаний у девушек, которые до этого казались абсолютно безвольными и невежественными. Всем любителям мемуаров советую, остальным произведение может показаться недостаточно интересным.
Читать далее
5
48

Все рецензии

Цитаты

Remedios_16 марта 2022 г.
... при этом они обязаны молчать; если одна из воспитанниц произносила хотя слово, такое преступление редко оставалось безнаказанным, особенно в кофейном классе.
8
436
Remedios_16 марта 2022 г.
По институтским правилам требовалось, чтобы воспитанницы, куда бы они ни отправлялись, выступали как солдаты, представляя стройную колонну, и двигались без шума.
8
394
Remedios_16 марта 2022 г.
В то время, которое я описываю, начальство института уже не имело права давать волю рукам: оттрепать по щекам или избить чем попало по голове, высечь розгами, как это бывало раньше, в мое время не практиковалось даже и в младшем классе, но толчки, пинки, весьма чувствительное обдергивание со всех сторон, брань, бесчисленные наказания, особенно в младшем классе и были обычными педагогическими воздействиями.
7
320