Цитаты из книги Небо красно поутру

Факт остается фактом, вы боитесь умереть. Будь небеса ваши раем, а жизнь там длись во веки веков, вы бы спешили туда к ней. Не так ли, ну? Но вы не торопитесь. Не странно ли?

Все что-нибудь сделали. Все дело в том, кто решает.

Дай-ка я тебе кое-что скажу, Макен. Люди не люди. Они животные, дикари, слепые и глупые, идут лишь вслед своим нескончаемым нуждам, коих источник им неведом. А все остальное, что мы помещаем поверх, чтобы нам самим стало получше, заблуждение. Цена жизни есть бремя твоей собственной тяжести, и некоторым без него лучше

Быть последним, что человек видит перед тем, как умрет, сказал Фоллер. Больше ни от чего не почувствуешь себя таким живым.

Это в каком смысле?

Миг что надо, сказал Фоллер. Быть единственным судьей этого человека на земле. Встречаешься с ним взглядом, и там такое понимание, с каким ничто не сравнится

Ходьба стала его путем, и он не обращал внимания на голод, и смотрел, как земля отвертывает спину свою от солнца. Чистая тьма еще где-то в двух часах, а он уже не думал ни о чем другом, кроме как о еде. Холмы скатывались вниз, и в фиалковом свете углядел он сельский дом, слабо и тускло белый на ляжке горки. К нему и направился, пока не подошел близко, а потом пригнулся пониже и сорвал камышину пожевать

"Если бог есть жизнь вековечная, то почему ж никто никогда не хочет к нему идти знакомиться?"

С деревьев сама собой соскользнула накидка тьмы, они потянулись, пальцы листвы задрожали от ветерка, красные и постепенно золотеющие лучи света зацепились за них. Дождик прекратился, и он услышал, как просыпаются птицы. Моргали они, и встряхивали головами, и разбрасывали песенку по небу. Земля, старая и трепетная, медленно повертывалась к восходящему солнцу.

и повернулся к огромной пустоте моря, дыханье его затаилось в груди, и выглянул вдаль, где время и движение, казалось, встали тихо, где, похоже, ничего не случалось вообще, в пустоту, у которой отняли любовь и боль, в громадный смыв распамяти, хранимый в ее нескончаемой вечности.

Собачий шиповник и бузина, и пчёлы ныряют, опьянев от сладко надушенного воздуха.

Он глянул в окно. Свет низкий, и дождь падает, как ропоток. Дождь, который ничего не знает, кроме притяженья земли. А земля принимает его тихо.