Цитаты из книги После заката

И потом, её мать действительно говорила, что если рассказать кому-то сон, он не сбудется. А значит, от кошмаров нужно избавляться, а хорошие сны оставлять для себя, утаивать, прятать, как молочный зуб под подушку.

Монет долго молчал. Вряд ли прежде он столь пристально вглядывался в свою душу. Зато сейчас направлял яркий прожектор совести во все её закоулки. Нравилась далеко не каждая находка, но он старался не пропустить ни одной, по крайней мере, сознательно.

— Как-будто тебя отсоединили. Как при обрыве телефонных линий. Но сегодня я почти хотел бы поменяться с тобой местами.

Когда хорошенько прижмет, каждый способен показать, чего он стоит.

Жизнь неспешно скользит мимо, а ты потихоньку обрастаешь обязательствами.

Если загробный мир существует и рано или поздно она встретит там отца, как объяснить, что последние минуты жизни она потратила на обморок, то есть бездарно и впустую?-Гретель-

За окном дождь полил как из ведра. Вероятно, Всевышний спустил воду в собственном унитазе.-Гретель-

– Надеюсь, ты так и сделаешь, – кивнул Монетт. – Естественно, при условии, что знаешь, куда тебе нужно. – Он поправил зеркало заднего обзора и завел мотор. – Ты ведь совсем отрезан от внешнего мира, да? В очередной раз единственным ответом стал безучастный взгляд.

Порой одно на деле означает совсем другое.

Вероятно, он собирался обнять и успокоить, но кто знает? Кто знает наверняка хоть что-нибудь?

Только Эмили рожать больше не планировала: разве можно, если есть шанс в один прекрасный день обнаружить малыша посеревшим и неподвижным?

Генри называл бег новой зависимостью, новой святыней и, пожалуй, не ошибался.

Со временем она отказалась от сладостей. Далось это на удивление тяжело: во-первых, сахар был отличным антидепрессантом, универсальной палочкой-выручалочкой, во-вторых, у нее выработалась настоящая сахарная зависимость.

Каждый сеанс терапии - это бесконечный выбор решений. Словно развилки, разбегающиеся дороги, и никаких знаков.

Нельзя сбрасывать со счетов удачу, и хотя Дженис хватало ума не слишком на нее полагаться, одно она знала твердо — удача любит дерзких и юных.

— Джениснеразберичто! — пронзительно гаркнула бабушка безжизненным голосом глухой старухи. — Очень мила, не правда ли, хотя и не нашего круга. Последняя Брюсова пассия.
В тоне безошибочно угадывалось: «Пусть мальчик перебесится».

Reality is a mystery, Dr. Bonsaint, and the everyday texture of things is the cloth we draw over it to mask its brightness and darkness. I think we cover the faces of corpses for the same reason. We see the faces of the dead as a kind of gate. It’s shut against us…but we know it won’t always be shut. Someday it will swing open for each of us, and each of us will go through.