Демоническая женщина

«Требуем переменить мораль, чтоб ее совсем не было. Дурак – это хорошо».
– И воровать можно.
– «И требуем полной свободы и равноправия для воровства и кражи, и пусть все, что не хорошо, считается хорошо». Ладно?
– А кто украл, напиши, тот совсем не вор, а про. сто так себе, человек.

«Требуем свободной любви, чтоб каждый мог жениться, и тайное равноправие полового вопроса для дам, женщин и детей».

"Что я теперь? - думал он, уткнувшись в подушку. - Разве я человек? Разве я живу? Так - пресмыкаюсь на чреве своем, а скотина надо мной царит. Не ем и на сплю. Здоровье потерял, со службы выгонят. Пройдет моя молодость за ничто. Лошадь все сожрет!"

Ишь жует. Хоть бы ночью-то не ела. У нас, у людей, хоть какой будь богатый человек, а уж круглые сутки не позволит себе есть. Свинство. Прямо не лошадь, а свинья какая-то.

Лошадь ела очень много. Уткин боялся ее и в сарай не заглядывал. "Еще лягнет, жирная скотина. С нее не спросишь".
Но гордился перед всеми по-прежнему.

• Не понимаю, как может человек, при известном достатке, конечно, обходиться без собственных лошадей. Конечно, дорого. Но зато удобство!

Губернаторша знает, что она у вас, и очень этим интересуется. Я сам слышал. "Я, говорит, от души рада, что осчастливила этого бедного человека, и мне отрадно, что он так полюбил моего Колдуна". Теперь понимаете?
Уткин понимал и, бросив обедать, ограничился чаем с ситником.

Честный муж бросил ее и перевелся в другой город.
Но что горше всего, так это то, что на другой же день после его отъезда воротник потерялся в стирке.

Она стала вести странную жизнь. Не свою. Воротничковую жизнь. А воротничок был какого-то неясного, путаного стиля, и Олечка, угождая ему, совсем сбилась с толку.

— Куда ты девала деньги?

— Деньги? Профукала!

— Ты должна написать своему Фасольникову, что, во-первых, ты — порядочная женщина, а, во-вторых, что он не должен больше у тебя бывать.
— Неловко как-то выходит. Я, мол, порядочная женщина, так что, пожалуйста, у меня не бывайте. Точно он должен только к непорядочным ходить!

Все поведение дурака, как и его наружность, так степенно, серьезно и представительно, что его всюду принимают с почетом. Его охотно выбирают в председатели разных обществ, в представители каких-нибудь интересов. Потому, что дурак приличен. Вся душа дурака словно облизана широким коровьим языком. Кругло, гладко. Нигде не зацепит.

— А где воротник? — спросите вы.

— А я-то почём знаю, — отвечу я. — Он отдан был прачке, с нее и спрашивайте.

Ничто так не старит родителей, как слишком умные дети.

Считается, что гостям очень весело рассматривать [на фото] группу незнакомых тёток на дачном балконе.

"Олечка Розова три года была честной женой честного человека".

-- Ишь, собачища! -- сказала раз нянька.
И мы не поняли, о ком она говорит -- о сановнике или о его собаке. "Собачища" ему подходило, пожалуй, больше, чем ей.

Взяла немку. Все шло недурно, хотя она сильно была похожа на лошадь. Отпустишь ее с детьми гулять, а издали кажется, будто дети на извозчике едут. Не знаю, может быть, другим и не казалось, но мне, по крайней мере, казалось. Каждый может иметь свое мнение. Тем более, я – мать.

Там, в Одессе, на каком-то концерте Катя в первый раз услышала игру Шеддера. Он играл сухо, твердо, сердито. Словно бранился пальцами.