Цитаты из книги Демоническая женщина

Смеяться, право, не грешно над всем, что кажется смешно!

Есть два желания, осуществления которых можно ждать от женщины: чтобы она вовремя ушла и чтобы вовремя пришла. Но, по закону подлости, она всегда делает наоборот.

Демоническая женщина должна быть прежде всего загадочной. Загадочной не только для других, но и для самой себя. Она не должна знать, что она сделает в следующую минуту, — иначе какая же она демоническая?

Кроткая Олечка служит в банке. Она так скромна, что краснеет даже при слове "омнибус", потому что оно похоже на "обнимусь".

В городе есть особая свежесть, которой в деревне ни за какие деньги не достанешь.

Вы сказали: "Я зажгу свет". Как можно, хотел бы я знать, зажечь свет? Вы можете зажечь лампу, свечу, наконец, спичку. И тогда будет свет. Но как вы будете зажигать свет?

Продолжительное летнее общение с природой вредно действует на светские таланты человека.

Кто весной считался душой общества, т. е. весело поворачивался во все стороны и, не умолкая, отвечал и спрашивал, тот частенько осенью сидит в углу и мычит.

Природа приучает к молчанию и мычанию. Но, главное, отучает от легкомысленного отношения к окружающему.

В общении с природой все должно быть серьезно и правильно.

настоящий, толковый путешественник должен прежде всего любопытствовать.

чем больше у человека своих, тех больше знает он о себе горьких истин и тем тяжелее ему живется на свете.

Кавалеру, провожающему ее с бала и ведущему томную беседу об эстетической эротике с точки зрения эротического эстета, она вдруг говорит, вздрагивая всеми перьями на шляпе:

— Едем в церковь, дорогой мой, едем в церковь, скорее, скорее, скорее. Я хочу молиться и рыдать, пока еще не взошла заря.

Человекообразные страстно любят учить. Из них многие выходят в учителя, в профессора. Уча — они торжествуют. Говоря чужие слова ученикам, они представляют себе, что это их слова, ими созданные.

Человекообразное любит вступать в брак и блюсти семейные законы. Детей они ласкают мало. Больше «воспитывают». О жене говорят: «Она должна любить мужа». Нарушение супружеской верности осуждают строже, чем люди, как и вообще нарушение всякого закона. Боятся, что, испортив старое, придется снова приспособляться.

Человекообразные разделяются на две категории: человекообразные высшего порядка и человекообразные низшего порядка. Первые до того приспособились к духовной жизни, так хорошо имитируют различные проявления человеческого разума, что для многих поверхностных наблюдателей могут сойти за умных и талантливых людей.

При встрече с настоящим дураком человека охватывает какое-то мистическое отчаяние. Потому что дурак - это зародыш конца мира. Человечество ищет, ставит вопросы, идет вперед, и это во всем: и в науке, и в искусстве, и в жизни, а дурак и вопроса-то никакого не видит.

Музыканты мрачно свертывают ноты и сползают с хоров. Они молча проходят мимо публики, и многие вслух удивляются, как это три человека в состоянии были производить такой страшный шум.

- Это, кажется, полька? - догадывается одна из сидящих маменек. - Ах нет, мамочка, кадриль! Новая кадриль, - говорит сестричка. - Не болтай ногами и не дергай носом, - вмешивается тетенька. - Это не кадриль, а мазурка. Распорядитель, длинноногий студент, швед, на минутку задумывается, но, бросив быстрый взгляд на расписание, смело кричит: - Valsons!

Цветы привозили окрестные рыбаки прямо на лодках, вместе с рыбой, и эти дары природы во время пути любезно обменивались ароматами. Поэтому в ресторане кургауза часто подавалась щука, отдающая левкоем, а розовая гвоздика на груди аптекаря благоухала салакой.

Помощник аптекаря выделывал такие кренделя своими длинными ногами, что наблюдавший за танцами у дверей старый полковник даже обиделся. - Поставить бы им солдат на постой, перестали бы безобразничать.