Twisted Love

– Я пытаюсь спасти тебя, Ава, – внезапно сказал он, когда мы закончили с посудой, и я приготовилась к бегству.
– От чего?
Я отказывалась поднять глаза, но видела его боковым зрением.
– От себя.
Я не ответила – как сказать мужчине, намеренному меня спасать, что я не хочу быть спасенной?

Я уничтожаю всю красоту, приходящую в мою жизнь.

Я играла с огнем, но это лучше, чем мерзнуть в одиночестве.

Каждый чего-то боится; это делает нас людьми.

– Расскажи о своем самом счастливом воспоминании.
Алекс поджал губы.
– Я вроде как пришел на фотосессию, а не на психотерапию.
– Если бы ты пришел на психотерапию, я бы потребовала с тебя пятьсот долларов за час, – парировала я.
– Ты переоцениваешь себя в качестве терапевта.
– Если не можешь меня себе позволить, так и скажи.

Без эмоций красивая фотография – лишь фотография.

– Где мне расположиться? – Я впервые в жизни услышала в его голосе смущение, превратившее обычно четкие, авторитарные интонации в нечто более мрачное. Порочное.
Где ему расположиться? Везде. Надо мной. Подо мной. Внутри меня.

Самые тихие и сдержанные люди часто становятся лучшими моделями для портретов, поскольку от них требуется не говорить, а чувствовать. Тот, кто сдерживает эмоции каждый день, чувствует и любит сильнее прочих, а лучшие фотографы умеют ловить каждую каплю эмоций и формировать из них нечто интуитивно понятное. Универсальное.

Не вини себя за идиотские поступки других людей.

Даже золото тускнеет, если за ним не ухаживать