Цитаты из книги ვარდის სახელი

Город - то место, где обитает народ Божий, коего вы, коего все мы являемся пастырями. Это место нечестивое, где богатый прелат проповедует добродетели перед теми, кто исстрадался от бедности и голода.

«Быстрее! - крикнул Вильгельм, бросаясь в темноту. - Иначе он сожрет всего Аристотеля!» «И умрет!» - горестно вторил я, устремляясь за ним в глубины лабиринта.

«Все это ничего, ничего, вот увидишь, скоро я вернусь и буду еще лучше, чем прежде, дай только я на минуточку взойду на костер и сгорю, а потом мы увидимся вот где!» И показывала, прости меня Господи, свое лоно.

... любовь имеет средство вредить любящему, если она чрезмерна.

Исторический роман и этим обязан заниматься: не только прослеживать в прошедшем причины того, что случилось в грядущем, но и намечать пути, по которым причины медленно продвигались к своим следствиям.

Res tene, verba sequentur.

Имей вещи, слова придут.

Книги часто рассказывают о других книгах.

"Святой отец, - начал я. - Хочу просить у вас истины и совета". Убертин поглядел на меня, взял за руку и поднялся, приглашая сесть с ним рядом на лавку. Он тесно обнял меня, и его дыхание коснулось моей щеки. "Возлюбленный сын, - сказал он. - Всё, что этот бедный старый грешник может сделать для твоей души, будет с радостью исполнено. Что тебя смущает? Томления, да? - допытывался он, сам как будто в томлении. - Томления плоти, да?"

Я ведь видел уже и ранее, что учитель, во всем прочем образец высочайших добродетелей, попускает одному своему пороку – славолюбию, особенно когда показывает проницательность.

В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.

К сожалению, "постмодернизм" -- термин годный a tout faire. У меня такое чувство, что в наше время все употребляющие его прибегают к нему всякий раз, когда хотят что-то похвалить. К тому же его настойчиво продвигают в глубь веков. Сперва он применялся только к писателям и художникам последнего двадцатилетия; потом мало-помалу распространился и на начало века; затем еще дальше; остановок не предвидится, и скоро категория постмодернизма захватит Гомера.

Одни слова дают людям власть, другие делают их ещё беззащитней. Именно таковы тёмные речи простецов, которых Господь не допустил к науке высказывать свои мысли универсальным языком образованности и власти

Автор не должен объяснять. Но он может рассказать, почему и как он работал.

Название должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

"Однако дивное свечение палит, пока не ослепнешь, а огненное пылание жжёт, пока не сгоришь"

" Единственная истина - это надо освобождаться от нездоровой страсти к истине."

Буквальный смысл может быть оспорен, даже когда переносной неоспорим.