Фауст

Что ж, ничего тут нового мне нет:
Я видел это много тысяч лет.

Затем, для оживленья,
Я б домиков настроил, поселил
Там жен прекрасных, с ними бы делил
Волшебные часы уединенья;
Сказал я "жен" затем, что, без сомненья,
Всего любезней смертным на земле
Жена, - но не в единственном числе.

Кто много жил, тот и видал немало:
Ничто ему не ново в жизни сей.
Так, странствуя, встречал и я, бывало,
Кристаллизованных людей.

Ты приковал какой-то чудной силой
Меня к себе; на все готова я, -
И больше сделать, кажется, нельзя,
Чем для тебя я сделала, мой милый!

Старайтесь увидать, что вам приятно.
Что невозможно, то и вероятно.

Кто блага ждет — пусть будет благ
В своих желаньях и делах.
Кто хочет пить — пусть гроздья давит.
Кто ждет чудес — пусть чудо славит.

О, если бы не в царстве грез,
А в самом деле вихрь небесный
Меня куда-нибудь унес
В мир новой жизни неизвестной!

Вам отступленья нет, у вас роман.
Представьте нам такую точно драму.
Из гущи жизни загребайте прямо.
Не каждый сознает, чем он живет.
Кто это схватит, тот нас увлечет.
В заквашенную небылицу
Подбросьте истины крупицу.
И будет дешев и сердит
Напиток ваш и всех прельстит.

Цивилизация велит идти вперед;
Теперь прогресс с собой и черта двинул.
Про призрак северный забыл везде народ,
И, видишь, я рога, и хвост, и когти кинул.
Хоть ногу конскую иметь я должен все ж,
Но с нею в публике являться не желаю
И вот в фальшивых икрах щеголяю,
Как франтовская молодежь.

«Кто в мои попался сети,
Никому не рад на свете.
Солнце встанет, солнце сядет,
Но морщин он не разгладит.
Все пред ним покрыто мраком,
Все недобрым служит знаком,
И плывет богатство мимо
У такого нелюдима.
Полно дом – он голодает,
Копит впрок, недоедает,
Тихо усидеть не может,
Черный день его тревожит.
Будущее роковое
Не дает ему покоя.» Забота