Крепостные королевны. Трилогия

Сложно собрать в кучку мысли, сложно выразить то, что на душе творится после этой повести. Четыре раза я переписывала начало своего отзыва. И только теперь могу сказать что-то толковое.

Давайте начнем издалека. Стиль. Эта сказочность, эта простота... Как будто сидишь в девичьей или в людской и слушаешь, как сама Настя рассказывает свою историю на разные голоса. Сложно оторваться, не замечаешь, как страница сменяет страницу.

Повесть чистая, светлая, но без прикрас. Не выхолощенная сказка, где все у всех хорошо, а зло всегда терпит поражение. Не калька с бесконечными happy end'ами, не слезовыжимательная плохонькая драма. В развязку не веришь до самого конца, надеешься на иной исход, но когда прочитываешь последнюю строчку, понимаешь, что по-другому было бы нереалистично. И понимаешь, что не всегда хорошие люди получают то, чего заслуживают.

Прочитать - и не забывать. https://s.livelib.ru/img/stars2/r90-x-green.png">

«Крепостные королевны» — вторая часть трилогии о русском театре Софьи Могилевской. На этот раз автор переносит нас в екатерининскую эпоху — время расцвета наук, искусств и... крепостного театра. Каждый уважающий себя аристократ стремится создать собственную театральную труппу, но настоящий масштаб задаёт, конечно же, граф Шереметев. Его театр — уже не просто камерное дворцовое развлечение. Для него строится отдельное здание, проектированное известными архитекторами. У Шереметева есть штат художников, костюмеров, сценических рабочих. Из-за границы выписываются дирижёры, хореографы, музыкальные инструменты. Актёров обучают грамоте, чтобы они могли учить роли с листа, а не только по слуху. Женщины на сцене уже не вызывают осуждения — напротив, появляются актрисы, чьи имена войдут в историю русского театра. Но даже самый талантливый крепостной остаётся собственностью хозяина. Его судьба зависит от воли, настроения или финансового положения барина. Такова и история главной героини повести — Дуни. Лишь один год она провела в волшебном мире искусства, познала любовь и сценический успех — и всё это рухнуло в одночасье. Супруга владельца театра решает, что театр — излишество. Костюмы продаются, актёры рассылаются обратно в деревни или оказываются проданными. И словно не было ни музыки, ни любви, ни сцены… Дуня исчезает со сцены так же внезапно, как и появилась. Но её голос — и голоса других крепостных актёров — звучат в этой книге до сих пор. И от этого особенно щемит сердце.