Перед москвичом, сам размером с автомобиль, стоял на задних лапах страшенный медведь.
— Спокойно, — ртом, красным, как ягода или сырое мясо, приказал Анатолий.
Сначала Сильва решила, что это розыгрыш. Может, здесь вообще так шутят, посвящают в местный фольклор. А медведь и не медведь вовсе, а тот же Борисыч, но в костюме. Хотя сколько таких хилых Борисычей надо, чтобы набить косматую жесткую шкуру… три?
Анатолий вдавил до упора кнопку на руле, просигналил, в ответ медведь рыкнул так громко и свирепо, что заглушил клаксон. Рев этот исходил будто не из пасти, а из всего звериного тела, отчего по шкуре проходили волны и клоки бурой шерсти искрили электричеством. Анатолий, оскалившись, врубил заднюю передачу, рванул и надсадно забуксовал в зацветшей луже. Медведь, всколыхнувшись, опустился на четыре лапы, моментально оказался перед лобовым стеклом и посмотрел на Сильву с каким-то немым, совершенно человеческим вопросом. Круглые глаза зверюги отливали ртутью. Сильва вся обмякла.
Читать далее