Темний

... о наших волосах. Это физическое проявление наших воспоминаний и опыта.

Оказавшись внутри ужаса, трудно ясно мыслить.

И вот она снова пытается мне приказывать. А я, как полный идиот, начинаю ей подчиняться.

Я умею брать от мужчин то, что мне нужно.

Пэн и Вейн во многом похожи. Оба жестоки и неумолимы, и насколько порочны, что зубы сводит.

Очевидно, я вёл себя как дурак.

- Она меня раздражает, и я терпеть не не могу...
- Тебя раздражает, что ты её хочешь.

Магия тянется к магии. Если бы только моя магия была при мне.

... магия тянется к магии, независимо от её происхождения.

Король Неверленда не любит проигрывать.

- Нас четверо очень жадных мужчин. Ты правда считаешь, что способна удовлетворить наши аппетиты?
...
- Да.

я не предам её в тот момент, когда нужен ей больше всего.

Он словно мираж, и я в своей бесконечной погоне за ним одинаково боюсь как упустить его, так и догнать.

Вейн словно океан, который затягивает меня на глубину.

Оказавшись внутри ужаса, трудно ясно мыслить.

Мы касаемся травы, – говорила мне ба в детстве, пропуская сквозь пальцы соцветия на макушках стеблей, похожие на кисточки, – и трава запоминает. Если мы скосим траву, она забудет, кто мы такие, а мы хотим, чтобы остров никогда этого не забывал. – Потом она повернулась ко мне и потрепала меня по голове. – То же самое можно сказать и о наших волосах. Это физическое проявление наших воспоминаний и опыта. Мы коснёмся пальцами волос и вспомним, кто мы есть.

Боже, я, должно быть, жутко испорченная – его похвала за убийство заставляет меня сиять от радости.

Вечно все пытаются отнять у меня то, что принадлежит мне по праву.

-Я не знаю. Я не хотела, чтобы ты меня жалел. Я хотела добиться твоего уважения.
-Ты хотела, чтобы я уважал тебя, поэтому позволила мне приложить тебя об дерево?

Было бы дурным тоном заблевать собственный бар.