Сага о Форсайтах. Собственник. Последнее лето Форсайта

Девятнадцатый век подходит к концу и представители крупной буржуазии, с их благородностью и порядочностью, становятся все более редкой частью общества. Форсайты намеренно закрывают глаза на этот факт, окружая себя самодовольной условностью и решимостью поддерживать статус-кво. Сомс Форсайт борется за соблюдение моральных принципов перед лицом социальной революции, произошедшей в результате войны. По мере того, как он разбирается в сложностях любви, брака и социального статуса, роман сплетается в...

Рейтинг LiveLib

4,3

60 оценок

5
57%
4
28%
3
13%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 95Хотят прочитать 15

Рецензии

bumer238929 июля 2025 г.
Последний викторианец
Я так понимаю, такое прозвище носит уважаемый сэр Джон. И теперь понимаю - почему.
"Сага о Форсайтах", по-видимому, должна служить определением понятия "семейная сага". Хотя не 100-процентно восторженные отзывы я слышала. Все-таки 6 томов - довольно внушительное книжное путешествие, да и обилие деталей...
В которые я просто влюбилась. Уже с первой главы сэр Джон знакомит нас со своими героями, Форсайтами, с таким вниманием к деталям: интерьеров, нарядов, пейзажей. И это создает такую объемную, обволакивающую атмосферу...
С первых глав я стала понимать, что сэр Джон пытается внушить читателям, что Форсайты - это не просто (довольно разросшаяся) семья. Это подобно целой философии - одна из глав так и называется: "Форсайтизм". В моем понимании это перекликается с бюргерством и Томас Манн - Будденброки Приходит новая эпоха, и на смену аристократии, которая получила богатсво и положение по праву рождения (или удачной партии), приходят люди, которые это все нажили себе собственным трудом. Мелькнула ремарка, что старый Джолион, своеобразный ствол семьи Форсайтов, сколотил состояние на торговле чаем. И пусть некоторые из членов семьи и пожинают плоды этого труда, но философия Форсатизма, как то

Закутаны в комфорт, традиции и собственничество
Активно взращивается в каждом Форсайте.
И ключевое слово тут - то, что вынесено в заглавие этого тома. Трактовать его можно в двух вариантах: ведь обладать можно как вещами, и книга строится вокруг того, что Сомс (какая это ветвь Форсайтов после старого Джолиона, вторая?)) строит виллу. Так и...
Отношения Сомса и его жены Ирэн заставили меня вспомнить другую британскую книгу - Алан А. Милн - Двое . Очень похожая история - даже не из серии "Мама красивая, папа работает". Тут все тоже вырастает из философии Форсайтизма, когда труд - конечно, дело почетное, но самым умным шагом будет сделать себе удачную партию. Отсюда и вырастают эти прекрасные брачные союзы, где хотя бы взаимное уважение - это уже залог спокойной семейной жизни. Я так поняла, что Ирэн с точки зрения Форсайтов удачной партией не совсем считается, но компенсирует все своей красотой. Которая здесь возведена в какой-то идеал и абсолют - Сомс буквально ей упивается, требует там, чтобы она к ужину в декольте выходила...
Слушайте - как, оказывается, полезно именно читать книги, полностью) Потому что главная сентенция, которая всплывает в связи с "Сагой...": вы непременно выберете сторону, за кого вы, за Сомса или Ирэн. Равнодушных остается мало... И по скудоумию я считала, что выберу сторону Сомса, потому что в пересказе описание Ирэн звучало как то, что я не люблю в женщинах: красотка, которая сделала удачную партию и теперь снимает сливки, озабоченная только нарядами... Фыр-фыр, теперь я могу признаться - что я точно на стороне Ирэн. Конечно, в этой ситуации у нас две стороны, и кое-что тоже можно понять. Но все-таки - при том, что сэр Джон особо и не пускает нас в голову или сердце Ирэн - но так умеет это описать, что...
Скажу, за что сняла звездочку. Думаю, что принципиально - за целую главу, где подробно описывается заседание правления. Умом я понимаю, что именно здесь автор очень ярко изображает эту форсайтскую манеру ведения дел - но все-таки ко всяким собраниям испытываю уже приобретенную, рефлекторную скуку. И - в этой книге чувствуется, что пока сэр Джон сосредотачивается на стариках. Старый Джолион, Тимоти, тетка Энн и прочие тетушки... Да, я осознаю, что в этом и был замысел, что эпоха уходит и скоро уступит молодым поколениям, но пока что цепляется... Но эти сценки, когда Форсайты собираются и обсуждают новости в очень свойственной старшему поколению манере...
Но в целом от первого тома осталось ощущения - такого классического, классного чтения. Не в современном смысле, а в смысле - мастерства, образности, аристократизма. Ну казалось бы, что в книге происходит: нас знакомят с Форсайтами и их философией и обсуждают ситуацию с Сомсом и Ирэн. Но - атмосфера, детали, темп... Поэтому и посоветую - любителям таких остоятельных, неспешных семейных саг, возможно, даже викторианских романов. Когда: традиции взращиваются и пестуются годами, но время неумолимо движется вперед, и когда-то и Форсайтам придется... Продвижение по саге обязательно продолжу - только можно не все 6 томов сразу?)
Похоже, что я обнаружила нечто. И это нечто называется - аудиокнига в исполнении Михаила Коробицына. Едва я услышала его голос - я аж опешила: такой глубокий, насыщенный баритон, который сделает честь Самому, Александру Владимировичу. Ну а изюминка - это отыгрывание. Михаил отыгрывает настолько старательно, что порой это доходит до комизма - насмешил меня его голос Сомса или голоса тетушек. Но тут не придерешься - чтец действительно отыгрывает как есть, потому что сэр Джон так и описывал: ну да, у Сомса такой капризный тенор - вот он! Поэтому данную начитку прям советую, что-то в этом есть)
Читать далее
103
788
Tsumiki_Miniwa10 января 2017 г.
Прикосновение к сокровенному
«Сердце человека вершит судьбу его» (с.)
Джон Голсуорси
На исходе минувшей недели довелось мне пересмотреть один нашумевший старенький сериал, полный буйных страстей и жизненных перипетий. Настолько наивный (но все же, хочу заметить, любимый), что объявлять название его малость стыдно. Лишь скажу, что в момент его успешного воцарения на российских телеканалах мне было чуть больше десяти лет, и многие девушки не могли отказать себе в удовольствии носить красную кепку набок и порванные джинсы, повязывать на талии рубашки в клеточку и с особенным шиком отказывать в знакомстве даже самым харизматичным блондинам. Так вот, к чему эта долгая прелюдия? В конце многосерийного безумия обеспеченная семья главного героя предлагает ему, закрыв глаза на собственное чувство, жениться на другой и спасти семейную фирму от неминуемого банкротства. Вот так, отринув сантименты. (Как с этим справится наш герой? Все на просмотр серии другой…) И вот в четвертом часу утра, досмотрев двести семидесятую финальную серию, я неожиданно усталым мозгом соотнесла, что сериальное семейство в некотором смысле похоже на небезызвестных Форсайтов. Версия с небольшим количеством действующих лиц, но столь же отчаянно желающих сохранить внешний лоск и значимое имя вопреки всему. Любовь, честь, совесть – что они значат перед маячащей впереди опасностью потерять деньги и славу?
Сам Голсуорси пишет в предисловии, что после публикации романа соответствия между семьями реальными и Форсайтской Биржей приводили ему неоднократно. Он не ставил целью списать сюжет с жизни, хоть и не исключено, что почерпнул многое из личного опыта. Думал ли дорогой автор, что создаст нечто большее, чем просто образ? Мог ли представить, что из-под его пера появится литературный символ?
Конечно, можно долго и нудно изобличать известное семейство, но разве это что-то изменит? Вряд ли роман Голсуорси носит нравоучительный характер. Скорее представляет собой готовую картину, масштабы и красоту которой можно лишь оценить и превознести. Ведь что, в сущности, являют собой Форсайты? Это глыба собственничества, способная раздавить то, что идет вразлад с поддерживаемыми ею принципами. Семья, которая печется о здоровье, поддерживает внешнее благополучие и стремится соответствовать заявленному уровню. Ее заботит расположение домов и нажитый капитал друг друга (А вдруг кто-то богаче меня?), и в меньшей степени – личная привязанность.
Характеристика, данная автором, будет немного навязчивой и голословной, пока он не позовет вас на похороны тётушки Энн… Смерть прародительницы вызывает у Форсайтов лишь недоумение с привкусом обиды: «Почему не предупредили заранее?» Ведь совсем неудобно вот так с наскока изображать скорбь. Словно за ними смерть придет по расписанию. Показательно: сестра тети Энн – Эстер утешает себя мыслью, что плакать и горевать об утрате не имеет смысла, ибо нет смысла попросту тратить энергию. Впереди столько дел! Кощунственно, не правда ли? Не говоря уже о том, что на похоронах всех заботят личные проблемы: черные брюки (А не пошло ли? Не наигранно?), необходимость приглядывания «места для себя», содержание завещаний…Все что угодно, кроме самой тётушки Энн, много дней сражавшейся за возможность задержаться в этом мире. Семейство Форсайтов из скорбного события разыгрывает комедию, фарс, заботясь лишь о том, чтобы внешняя сторона похорон подчеркивала заявленный высокий уровень.
В их тесном (семейном ли?) кругу нет места сентиментальности. Потому старик Джолиан годами не виделся с сыном из-за предрассудков, из-за повторного брака на женщине низкого происхождения. Джолиан обретает любовь заново, но мало беспокоится о чувствах невестки, ежедневно задающейся вопросом, не сломала ли она жизнь любимому, отрекшемуся от семьи и богатства. Он верит, что наследство, новый дом перечеркнут годы презрения. Зато можно будет забыть о собственном одиночестве, вынужденном сосуществовании с армией безучастных слуг.
Потому Сомс стремится завоевать любовь жены драгоценностями, мечтает склеить чашу неудавшегося брака в Робин-Хилле, не пытаясь хотя бы узнать, что же хочется самой Ирэн. Ему не понять, что чувства не покупаются и не продаются. Сомс не может даже допустить мысли о разводе, поскольку жена давно стала его собственностью. Как та картина, что красуется на стенах галереи. Даже потеряв Ирэн, он продолжает считать деньги, которые она сможет потратить, продав бриллианты. Потратить без него. И, конечно, ему куда легче поверить, что смерть Босини – лишь стечение обстоятельств. Действительно, не пристало джентльмену испытывать муки совести.
Даже малышка Джун верит, что приобретет Босини на деньги деда. Не питая нежных чувств друг к другу, Форсайты спокойно опускаются до сплетен и пересудов. В понятия семьи не вписывается любовь, она им не ведома. Цифры и деньги – вот что важно. А потому понять поступок молодых людей им попросту не суждено. Форсайты живут так, словно карусель жизни никогда не остановится.
Говоря же об общем впечатлении, не могу не заметить, что роман написан замечательным, сочным языком. Не углядела я в нем ни капли занудства, ни толики морализаторства. Голсуорси властвует над своим произведением, обнажает его прекрасные стороны и намекает на высокий заложенный потенциал саги. Перевернув последнюю страницу, неизбежно понимаешь, что там, в последующих романах, таится нечто не менее великолепное. И если начало и может показаться затянутым, то не надолго, а после… после в душе обретается неизменное ощущение, что прикоснулся к чему-то восхитительному, сокровенному.
P.s. А между делом не покидает меня мысль о том, что каждый из нас, ныне живущих, в определенном смысле Форсайт. Собственник разного помола. Всё жаждем благополучия: зарплату побольше, машину получше, квадратные метры в престижном районе. Растрачиваемся на материальное, а главного и не видим.

Читать далее
98
2,9K
Tsumiki_Miniwa15 января 2017 г.
Хвалить или порицать?
«У любви нет возраста, нет предела, нет смерти» (с.)
Джон Голсуорси
Воздушный словесный мостик, связующий прошлое и грядущее. Небольшая история, разбежавшаяся на трёх десятках страниц в увесистом томе. Её, пожалуй, надо читать, когда улицы замирают в знойном мареве, когда по городу смело шагает в цветастом сарафане лето. Она полнится жужжанием шмелей, привлекает ароматом липового цвета. «Последнее лето Форсайта» властвует над палитрой красок. Здесь небо упало на поляны островками незабудок, ветер тревожит зелень юной рощицы и серебристая шаль пуха ложится на покинутые качели. И посреди этой неги, звенящей трели птиц сидит старый Джолиан. Сидит и считает минуты до встречи с дамой в сером или… в чёрном?
Интерлюдия есть пьеса, восполняющая промежуток между двумя весомыми частями, но в контексте Саги назвать ее вспомогательной попросту неуместно. Она самостоятельна, обособленна, интересна. Проникая в ее глубину, поражаешься: а перу одного ли автора принадлежат эти произведения? Настолько она не похожа на содержательную, но все же немного скупую словесность «Собственника».
Интерлюдия полна красок, ароматов и желания жить! В самом деле, кто осудит старика Джолиана Форсайта за неуемную жажду вопреки годам дольше наслаждаться красотой? Оттягивать минуты за созерцанием прелести мира, проводить лето с малышкой Холли, бродить по поместью с любимым псом и восхищаться печальным неповторимым лицом Ирэн? Никто. В конечном счете, она по велению сердца попала в сад. Возникла, чтобы наполнить минуты затишья ожиданием, заставить забыть о материальном и воспеть духовное, чтобы страшиться смерти. Прекрасная, таинственная, незнакомая Ирэн.
Коль скоро старого Форсайта одолевают мысли о невозможности вернуться в молодость, столь же скоро и читатель начинает балансировать на весах литературного текста. Ведь можно бесконечно умиляться радужной перемене в старейшем представителе Форсайтской Биржи и … ловить себя на мысли, что в погоне за ускользающей жизнью он пытается подкупить Ирэн. Ночуя в отелях, посещая оперу, предает чувства Джун. Ирэн, скрасившая будни Джолиана, достойна хвалы, но как тут не задуматься о меркантильной основе ее поведения? Так или иначе, а прежним завещание старика уже не будет, и, мнится мне, наведет еще немало шуму. Каково соотношение заботы и выгоды в поведении Ирэн?..
Да и серьезного пересмотра ценностей у Форсайта не происходит. Он признает власть красоты над капиталом, но в порыве отчаяния повторяет, что Робин-Хилл – его собственность, а значит, он волен поступать так, как ему хочется, оставить «даму в сером» при себе. Словно сердце Джун из кремня. Словно Ирэн – игрушка в его руках.
Вот только какую сторону выбрать? Хвалить или порицать? Верить или не верить? Ворох мыслей в потоке горячего солнечного света, знойного духа, звуков, шорохов и воспоминаний. Погружаешься в маленькую реку интерлюдии и не перестаешь думать. Ныряешь с головой и не можешь отделаться от недоумения и бесконечного желания читать дальше. Что же ждет впереди? Посмотрим.

Читать далее
89
1,7K

Все рецензии

Цитаты

Yulchevskaya7 сентября 2014 г.
У любви нет возраста, нет предела, нет смерти.
27
3,2K
Apsalar17 июня 2017 г.
Характер не такая уж плохая вещь для ангела.
14
3K
Apsalar18 июня 2017 г.
Засадить льва или тигра в клетку - самое настоящее варварство. Однако ни один цивилизованный человек не признает этого.
12
1,9K