Любимчик Эпохи. Желчный Ангел (комплект из 2-х книг)

Но ведь только конечность придает жизни смысл, – ответил Сергей Петрович. – Обостряет чувства, отделяет эту секунду от следующей, приумножает ценность привычного, очевидного…

– Смотриии, – говорила она сыну, грозя пальцем, – Миру в этой жизни не потеряй. Она – твое все, она – твоя ладанка на сердце, твоя соломинка в бурлящем море, твой тыл, твой мир, твоя броня.

Как коротаете время на подобных заседаловах?

– Честно? Сижу на последнем ряду и считаю в зале лысые головы. А потом соединяю их невидимыми линиями и смотрю, какая фигура получилась.

Это такое счастье – выпить чашку кофе! Ты даже не представляешь…

Он не любил эту ярмарку тщеславия, когда каждый тряс перед чужими носами цыганский платок собственных достижений.
Бывшие школьники успели измениться. Девчонки попышнели в области таза, мальчишки полысели в районе головы.

"Стоял ноябрь. Ночной морозец хватал за щеки, с неба летела колючая белая крупка. Землю будто застелили белой простыней, перед тем как окончательно разложить сугробы подушек и укрыть снежным одеялом..."

"Статья была злой, слюна автора, казалось, капала и шипела на раскаленной от ненависти клавиатуре. Безобидные буквы стали отточенными и колючими, словно штыки на параде красноармейцев, и периодически вонзались в самое сердце Вадима... "

"Вновь и вновь повторяли они глупые фразы в попытке прикрыть фиговыми листочками наготу безысходности. Отказываясь принимать непознанное, нарекая его невозможным..."

Он не чувствовал боли. Он чувствовал, что мамина рука его оттолкнула. Он был неважен, недорог, нелюбим и навсегда вторичен.