Цитаты из книги Us Dark Few

– Покончить с собой было бы самым легким выходом. Если ты настолько слаба, сделай это и не трать впустую кислород. Если нет, борись за жизнь, которая у тебя есть, и перестань жалеть себя.

В ее теле словно обитало другое существо, которое выглядело и звучало как она. Но это была не она. Она тонула в морях, которых не существовало, и жила жизнью, которая больше не принадлежала ей. Она проживала день, минута за минутой, и были минуты, когда ей хотелось, чтобы время остановилось совсем.

Правда в том, что опасна не та боль, которую ты видишь. Настоящая угроза - в той боли, которую ты скрываешь.

Она была одна. Такого одиночества никто не желает. Такого, когда ты думаешь, что хочешь утонуть, но на самом деле все, чего ты хочешь, — это спастись.

Home is not where the heart is. Home is the place that accepts the worst of you, the ugly crying where snot slides down your nostril, the anger when your fists clench to connect with something physical, the floors your knees fall to when life wins the prize for the biggest bitch on the planet.

She used to believe that love was like the sun. Unseen. Unwavering. A bright spot within a bleak universe. But love wasn’t like the sun. Love was like gravity. Pulling and tugging you down to the deepest depths, exposing your core vulnerabilities, ripping barriers apart, and leaving you with nothing but space.

Дом – это место, где принимают худшее в тебе, даже когда ты рыдаешь в три ручья, захлебываясь соплями; даже когда в гневе сжимаешь кулаки чтобы что-нибудь ударить; даже когда падаешь на колени, потому что жизнь в очередной раз доказала, что она – самая главная мука на планете. 

Почему жизнь так жестока? Те, кто наносил самые глубокие раны, никогда даже не думали их залечить. Они просто оставляли тебя сломленной, чтобы следующий человек разбирался с этими уродливыми шрамами.

Кто бы первым ни сказал, что «дальше падать некуда», он явно солгал. Всегда может стать хуже. Всегда. Можно провалиться еще глубже сквозь трещины и расщелины, потому что не существует настоящего дна, которое остановило бы падение в пучину несчастий.

— Пожалуйста, — предприняла Халани последнюю отчаянную попытку. — Я не доставлю проблем.
Такеши невесело усмехнулся, и у нее возникло желание изрезать его на куски.
— У тебя на лбу написано «проблема», Кейнс.
— Может, ты ошибаешься.
— Я никогда не ошибаюсь.

— Возможно, я не могу победить тебя в бою или отключать свои чувства, но, по-моему, требуется гораздо больше сил, чтобы сохранять надежду, когда все вокруг тебя рушится. Я еще не сдалась и не собираюсь начинать сейчас.

— Мертвые не хотят, чтобы ты умирала вместе с ними, — сказала Винни. — Любовь больше, чем пространство и время. У нее нет ни границ, ни ограничений. Дорогая моя девочка, любовь сильнее смерти, потому что любимый человек не умирает, пока в тебе жива любовь к нему. Сара продолжает жить. Во мне. И твои родители тоже живут в тебе.

If her mind was an open book, Takeshi’s mind was encased in a locked vault at the bottom of the ocean. Surrounded by sharks.

She held onto the pain and clutched it to her chest till it became a part of her identity. Khalani was so messed up that she mistrusted the people who didn’t hurt her.

Khalani should’ve returned the book then. If she was smart, she might’ve been able to avoid being murdered too. But she wasn’t sane or normal. She was alone.