Перекрёсток воронов

— Но как же так, ведьмак на кобыле вместо жеребца? Как-то не к лицу. Что? Это твоя последняя забота? Ха, клиент — наш господин, хочет кобылу — получит кобылу. Только это, хе-хе, сударь ведьмак, с конями как с рыбой. Я тут жеребцов, что твоих щук отборных предлагаю, а ты себе плотвичку выбираешь. Чего смеёшься? Разве я сказал что-то смешное?

— Местная традиция, — бесстрастно произнёс Эстеван Трилло да Кунья, заметив недобрый взгляд Геральта. — Ничего личного.

— Ничего личного, — подтвердил Хольт, усаживаясь на лавку. — Просто врезали по роже. Традиция такая.

А где есть желание, там и способ найдётся, верно?

— У меня такая привычка, — выпрямился в седле Престон Хольт. — Падать с небес к тем, кто нуждается в помощи.

— Повторяю вопрос, — произнёс войт Булава. — Повторяю, хоть и не в моих привычках.

Войт Булава уже несколько раз уверял Геральта, что не имеет привычки повторять. Несмотря на это, повторял то и дело. Видимо, нравилось, хоть и не привык.

К самым необычным можно было отнести хоровое пожелание здоровья в ответ на чье-нибудь чихание, звучащее как «Ну обосрись еще!»

Иногда ему казалось, что он мертв. А потом боль возвращала его к жизни. А потом наступал завтрашний день и все начиналось снова.

Оставим воронам этот перекресток.

Если же говорить о людях, далёких от Оксенфурта и университетских кругов, то им можно было сколько угодно толковать о ледниках, а они всё равно оставались ни в зуб ногой. Спрашиваешь, откуда взялось озеро, а они — дождь в дырку нападал.

Угрожал подозреваемый Хольт, что доверенному лицу моему, прощения прошу, ноги из жопы повырывает, что само по себе аморальность его доказывает и кары требует.

…уместно заметить, что людей следует либо ласкать, либо изничтожать, ибо за малое зло человек может отомстить, а за большое - не может; из чего следует, что наносимую человеку обиду надо рассчитать так, чтобы не бояться мести.

На будущее добрый совет, мальчик. Держись подальше от чародеек. Чем дальше, тем лучше, поверь мне

Содеянное добро возвращается тем же самым.
И зло - тоже.

– Спасибо за все. Поблагодари от меня мать Ассумпту и всех остальных. И скажи, что я прощаюсь.

– Позволишь пару слов на дорожку?

– Само собой. – Он вскочил в седло. – Само собой, Нэннеке.

– Месть, – сказала она, распахивая калитку, – это отрада лишь для людей мелких и примитивных.

– Знаю.

– Месть поставит тебя вне закона.

– Знаю.

– Так что езжай, и…

– Да?

– И поубивай этих гадов.

Летняя резиденция господина маркграфа подвергается набегам какой-то твари. Нужно сделать так, чтоб сия тварь не набегала.