Кругосветное плавание на крейсере "Африка" в 1880-1883 годах

Сразу после технического описания и биографии "американских" крейсеров Российского Императорского Флота взял мемуары офицера, служившего на одном из этих кораблей сразу же после его вступления в строй. Этим офицером был Всеволод Фёдорович Руднев, будущий контр-адмирал и капитан "Варяга" в его памятном первом и последнем бою. Сам рассказ о плаванье на крейсере "Африка" представляет собой художественное переложение дневника мичмана, который тот вел непосредственно по время похода и подготовил к печати в 1908-09 годах для журнала "Русская Старина" во время своей опальной отставки, впоследствии воспоминания были переизданы отдельной книгой. Наряду собственно с мемуарами Руднева о бое "Варяга" это второе и последнее сочинение адмирала мемуарного характера. В конце 2024-го историю плаванья переиздали в "Моркниге" в серии https://s.livelib.ru/img/icons/selection.png">Библиотека альманаха Боевые корабли мира, собственно, это первая книга, которую я читаю из серии и впечатления об издании противоречивые, хорошая полиграфия с подобранным по возможности сопутствующим и соответствующим авторскому изложению иллюстративным материалом, но полное отсутствие признаков работы корректора, отчего иногда случаются две ошибки в одном абзаце.

Всеволод Фёдорович, мичман, за время плаванья произведенный в лейтенанта, умудрился выдать книгу, которая читается как будто крейсер для его команды является просто плавательным средством, отправившимся в увеселительную поездку. На страницах практически отсутствуют какие-либо политические вопросы зачем солидную эскадру из тринадцати боевых кораблей, в том числе двух броненосцев и всех "американских" крейсеров собрали в восточных водах, только туманная фраза про развеявшиеся тучи возможной войны. То ли по причине военной тайны, то ли еще по каким-то соображениям офицер-артиллерист ни написал ни слова про сам крейсер, про его вооружения, про артиллерийские учения, в общем, нет ничего про его профессию и оценку им боевых качеств корабля, хотя про мореходные есть неоднократные попадания "Африки" в тайфуны и штормы с 40-градусной качкой, из которых крейсер в целом выходил без серьезных потерь. Примерно 95% текста Руднева - это описание посещения заморских стран и впечатления от природы, народов и их нравов, текст вполне можно сравнить с Фрегатом «Паллада», и с тем отличием, что Гончарову, как гражданской сухопутной штафирке, собственно особенно было нечего описывать, кроме как посещенные берега, а Руднев мог и должен был хоть что-то написать по своим обязанностям, но в книге они ограничиваются стоянием на вахте, а также участием и организацией всевозможных приемов, плюс скромные слова, как его ценило начальство. Вся книга, таким образом написана по шаблону: приплыли в энный порт, нанесли визиты, приняли визиты, развлекались и путешествовали на берегу, а потом уплыли. И так по замысловатому маршруту из Кронштадта через только это открытый Суэцкий пролив мимо берегов Йемена до Сингапура, потом в треугольнике между Нагасаки, Владивостоком и китайским берегом. Далее, после потепления отношений эскадру распускают, "Африка" вместе с клиперами "Вестник" и "Пластун" под командованием контр-адмирала Асланбегова предпринимает пересечение крест-накрест всего Тихого океана: до Сан-Франциско, потом на Гавайи, на Таити и до Австралии, где посетил Сидней, Тасманию, Мельбурн и Аделаиду. Затем Голландская Индия, Гонконг, Япония, Приморский край и Камчатка. Оттуда крейсер пошел домой в Кронштадт с заходами в Таиланд, Цейлон и Палестину.

Капитаном корабля был небезызвестный будущий наместник Его Императорского Величества на Дальнем Востоке Е.И. Алексеев, но о нем Руднев особо не пишет, кроме как о хорошем и чутком капитане. Зато куда больше уделено персоне адмирала А. Б. Асланбегова, известного своим чудачеством. Он таскал с собой в плаванье оркестр и неуклонно требовал к себе трепетного отношения как к очень важной персоне, в Австралии раз он отказался делать визит на берег, если его не будет встречать лично губернатор со всеми полагающимися почестями в виде присланного экипажа и почетного караула. В Аделаиде, за неимением там военных сил, почетный караул составляли отцы города во фраках и цилиндрах, офицеры потом с удивлением узнали в одном из встречавших министров местного мясника, благополучно совмещающего обе должности. В Тасмании на местных гуляниях на лужайке всем присутствующим принесли единственный стул, пока дамы думали кому из них его занимать, адмирал сел сам и величественным жестом предложил всем остальным сесть на травку. Тем не менее, за чудачествами Руднев видит в адмирале человечного и не очень строгого начальника, по сравнению с впоследствии занявшим должность командира отряда адмирала Н.В. Копытова, тут же ужесточившего дисциплину и начавшего гонять подчиненных на учениях.

Молодым офицерам, помимо знакомства с заморскими странами и народами, главным развлечением было участие во всевозможных балах с местными барышнями, приход любого военного корабля был заметным событием и все на борту и на берегу старались показать свое гостеприимство, хотя зачастую, как в случае с британскими колониями, это был визит явно будущих противников. На Таити случалась романтическая история, дочь местного голландского поселенца влюбилась в русского флаг-офицера при командующем отрядом судов в Тихом океане, лейтенанта В.Н. Фридрихса - автор дал его фамилию без сокращений, потому что к тому времени будущий кап-раз уже умер. Молодые гардемарины всерьез рассматривали возможность "похитить" и поселить девушку у себя, а потом объявить начальству, отойдя подальше в океан, но старшие офицеры корабля прослышали и запретили подобную авантюру. А вообще напоследок приведу прямым текстом забористую историю на ту же тему из книги:

Рассказывали нам такой случай: молодой офицер ухаживал за барышней, говорил ей комплименты и как-то поцеловал ее руку, конечно в этот злосчастный момент "случайно" вошла маменька. - Ну вот и слава Богу, поздравляю и благословляю вас, милые детки. Офицер стал было отнекиваться, но энергичная дама заставила сделать предложение, и он, броня свою неосторожность, поехал к командиру поведать горе. - Вы сделали предложение? - Заставили сделать. - А вы в какой форме были, когда делали предложение? - Просто в сюртуке. - Без эполет? - В погонах. - Ступайте, не кручиньтесь и будьте осторожны другой раз. Командир поехал к энергичной даме и объяснил ей, что по морскому уставу полагается делать предложение в эполетах, а потому сделанное в погонах не действительно, и он разрешить эту женитьбу не имеет права. Конечно, был страшный протест, но тем не менее дело этим и кончилось.

Тогда разрешение на женитьбу офицера давал командир полка или капитан корабля после изучения личности невесты на предмет благовоспитанности. Так что милые читательницы этого отзыва, когда вам будут делать предложения морские офицеры, не верьте им, если оно сделано не при надлежащий форме.