Наче сніг падаємо

Но красота обманчива. Если не быть начеку, она заведет тебя туда, где света нет, чтобы показать свои истинные цвета.

А еще у нее жестокое лицо. Я видела его. Слишком долго, слишком часто, чтобы я сейчас могла рискнуть снова связаться с кем-то таким красивым, настолько красивым, слишком красивым.

- Пусть все думают, что хотят, лишь бы я не забывал, кто я такой.

И в этот момент я впервые понимаю, что настоящий тренер. Это тот, кто всегда заставляет тебя пробовать что-то снова и снова, даже если ты уже давно перестала стремиться стать тем, кем действительно хочешь быть. Конечно, тренировки не всегда приносят славу, но без тренировок не бывает славы. Полли это знает. И она каждый день следит за тем, чтобы я об этом не забывала.

- Я думаю, что ты прячешься, - шепчу я. - Думаю, что за твоей улыбкой скрывается что-то, что разрывает тебя изнутри. Все думают, что знают тебя. Но они об этом даже не догадываются.

Но между нами есть кое-что еще. Тихое, ползучее и уродливое. Слишком мрачное, чтобы быть хорошим. Оно будоражит мои воспоминания. Оно напоминает мне о том, что происходит, когда начинаешь доверять. Когда начинаешь поддаваться иллюзии безопасности.

Поначалу всегда все хорошо. Но в конце концов остается только боль.

Его слова бьют током по моим нервным окончаниям. Я как провод под напряжением, воздух вокруг меня будто искрит. Это как на соревнованиях: волнительные секунды на льду перед тем, как зазвучит музыка для произвольной программы и начнется выступление. Только в этот раз страшнее, потому что я не знаю, что случится дальше. Сейчас у меня нет тщательно отрепетированной программы, которой я могла бы придерживаться. Нет, плана, который я могла бы выполнять с абсолютной уверенностью.

- Чувак, это были красные фанатки. Без шуток.

- Красные фанатки? - спрашиваю я.

Уайетт включает поворотник и выезжает из центра города в сторону Аспенского нагорья.

- Зеленые фанаты - милашки. Застенчивые и сдержанные, с трудом подбирают слова. Желтые фанатки настырнее, требует автографы и не отходят от тебя ни на шаг. От них уже сложнее отделаться. А вот красные фанатки - эти сумасшедшие. Для них ты самая желанная пара туфель на распродаже.

Но всякая боль в то же время является опытом, а всякий опыт накапливается. Оно никогда не исчезает полностью. Иногда достаточно одного действия, одного пустяка, чтобы пережитое вернулось. А вместе с ними и боль.

Проблема в том, что я чувствую и то, и другое. Симпатию и отдаленность. Нокс может быть маяком в ночи или штормом над ревущими волнами. Я боюсь довериться свету, приблизиться к нему, почувствовать себя в безопасности, а потом оказаться в пучине, так близко от надежды.

- Мое сердце - это город-призрак, девочка, - Полли улыбается, но улыбка не касается глаз. - Заблудшим душам легче узнать друг друга.

- Что... что с вами случилось? - шепчу я.

- У каждого свои причины, верно? - ее взгляд уходит в сторону. Она смотрит на табло, но я сомневаюсь, что ей нужно именно оно. - Но потерянные души дают нам шанс найти себя.

- Фигурное катание - это страсть. Лучшие прыжки выполняются не головой, а вот этим, - она показывает на левую половину моей груди. - Позволь не телу, а сердцу двигаться за тебя. Оно знает, что нужно делать.

Я мог бы сказать ему, что напиваюсь не для того, чтобы быть веселым, а потому что я разбит. Я могла бы сказать ему, что и он однажды станет таким же разбитым, если будет продолжать в том же духе. А еще я мог бы сказать, что алкоголь и наркотики только все усугубляют. Они заглушают боль, но после этого она всегда возвращается: внезапно, яростно и неумолимо.

- Найди то, что делает тебя счастливым, и растворись в этом деле. Вот мой девиз. А для меня счастьем является этот город.

- О, а вон там Малина плетет свои знаменитые браслеты. Она живет в резервации на реке Колорадо и приезжает только на фестивали. Знаешь, это означает ее имя в переводе?

Я качаю головой.

Гвен хихикает:

- "Быстрый лосось, плывущий вверх по бурлящему потоку".

- Ты сейчас серьезно?

Ага. Представь, что это твое имя, и ты идешь на свидание. Парень говорит своим неотразимо хрипловатым голосом: "Ты прекрасна, Быстрый лосось, плывущий вверх по бурлящему потоку". Вот умора.

Согласна ли ты, Пейсли Харрис, взять постель Арии в свои законные супруги, а также любить и почитать ее, в горе и радости?

Да. Господи, да. Я согласна.

- В тебе есть огонь, девочка. То, чего нет у многих фигуристок, у тебя течет в крови. Технике можно обучить, а страсти - нет.

- А я спорю, что у Джейсона Хоука есть хламидии, если судить по слухам, которые о нем ходят.

Отец пожимает плечами:

- Да кому какая разница?

Ему разница уж точно есть.