Правильне рішення

— Как еще ты смог бы прожить тысячу жизней за одну? Прелесть художественной литературы в том, что она заставляет тебя чувствовать вещи на интуитивном уровне. Ты можешь плакать вместе с этими персонажами, смеяться вместе с ними. Книги учат тебя смотреть на ситуацию с точки зрения другого человека, проявлять сочувствие. В научной литературе ты просто узнаешь о чем-то, вместо того чтобы прочувствовать это.

. . . если цветы сделают ее счастливой, что ж, тогда, я стану гребанным садовником.

Порой самая тихая любовь оказывается самой громкой

— И где-то есть человек, который заслуживает, чтобы в его жизни появилась ты.

. . . он и есть мой дом.

— Все это время я думала, что ты не веришь в любовь.
— Я верю в любовь, но я реалист. Ты можешь любить кого-то всем сердцем, но это не гарантирует, что он полюбит тебя в ответ. Это азартная игра, и я не люблю делать ставки, в которых могу проиграть.

— Я люблю тебя, Блу. Так чертовски сильно, и я буду бороться за тебя вечно.

— Тогда как ты хочешь, чтобы я тебя называла? — спрашивает она, останавливая нас на полпути.
Обхватив ладонями ее щеки, я целую ее при всех, кто смотрит.
— Ты можешь называть меня своим.

Хотя Райан великолепно умеет казаться сдержанным снаружи, его сердце рассказывает совсем другую историю.