Крапива. Мертвые земли

Первым неладное заподозрил дядька. Кому, как ни ему?

– Будет, княже. Нас дома ждут.

Но Влас, как водится, только отмахнулся от старика.

– Подождут. Эй, славница! Что не весела?

– Некогда веселиться, – был ответ. – Работать надобно.

– А ты передохни, присядь, – Влас хлопнул себя по бедру, дескать, прямо сюда и садись. – А мои молодцы за тебя потрудятся.

Дружники снова загоготали, что стадо гусей.

– А ты, княжич, небось тоже без дела сидеть не будешь? Пока мы трудиться в поле станем, ты потрудишься над девкою?

Влас показал белые зубы: сами гадайте, стало быть.

Влас же вдруг схватил ее в охапку и прижал к себе. И сказал так тихо, что поди разбери, не помстилось ли:
-Ни одной. Таких, как ты, -  ни одной. Думаешь, почему я еду обратно в Срединные земли? Почему не сдох в плену, не удавился веревкой, на которой меня вели?
- Потому что хотел вернуться домой... Влас горько засмеялся:
- Дома меня ждет только позор. Из-за меня началась бойня. Люди погибли. Дружина разбежалась, не пожелав сражаться. Куда как лучше сгинуть вовсе, чем возвращаться после содеянного!
- Тогда почему?
Он обнял ее крепче, и в тех объятиях не было страсти. А что было? Поди пойми.
- Ради тебя. Я дышу до сих пор только потому, что тебе это нужно.

"Жестоки сыны Мертвых земель! Заместо воды пьют кровь, заместо мяса грызут тела врагов. Хозяйка Тени ходит за ними след в след, ибо ведает: где шляхи, там и ей найдется пожива. Шатай вырос с ними. Шатай стал одним из них и рубил без разбору своих и чужих. Но никому не ведомо, как сплетет Рожаница полотно судьбы; вот и вышло, что юный найденыш нашел семью дважды. В семье Иссохшего Дуба научился он зубами вырывать кусок посытнее, на языке железа и огня спорить с друзьями и недругами. В семье срединников узнал, что не стыдно вечерами шутить и петь песни, что и его, никчемного выкормыша, может выбрать женщина, что даже тот, кого ненавидишь всем сердцем, не предаст, когда дойдет до драки".