Цитаты из книги Дворянское гнездо

Космополитизм - чепуха, космополит - нуль, хуже нуля; вне народности ни художества, ни истины, ни жизни, ничего нет.

Я всегда был убежден в крайней несправедливости тех людей, которые отказывают женщинам в практическом смысле.

Ты указываешь мне на природу и говоришь: «И тут красота». Конечно, во всем красота, даже и в твоем носе красота, да за всякою красотой не угоняешься.

Но знаете ли, какая разница между ошибкою нашего брата и ошибкою женщины? Не знаете? Вот какая: мужчина может, например, сказать, что дважды два – не четыре, а пять или три с половиною; а женщина скажет, что дважды два – стеариновая свечка.

Но такое ли это слово «счастье», которое соединило, воспламенило бы нас обоих, заставило бы нас подать друг другу руки? Не эгоистическое ли, я хочу сказать, не разъединяющее ли это слово?

у нее не было "своих слов", но были свои мысли

Не обманывать себя человеку - не жить ему на земле.

Он не мог не сознаться, что в его душевном состоянии было что-то возмутительное для чистого чувства.

- Я по-прежнему верю в добро, в истину; но я не только верю, - я верую теперь.

«Лучше бы он ни по-каковски не говорил: не лгал бы.»

Отрывок из книги: Иван Сергеевич Тургенев. «Дворянское гнездо.» Наука, 1859. iBooks.

- Вы как будто печальны? - промолвил он. - Я?.. А я хотела вам заметить, что вы, мне кажется, не в духе. - Может быть... это со мною бывает. Мне это извинительнее, чем вам. - Почему же? Разве вы думаете, что мне не от чего быть печальной? - В ваши годы надо наслаждаться жизнью.

Самый поступок ее не разрушил мое счастье, а доказал мне только, что его никогда и не бывало.

Но едва успею я войти в определённое положение,остановиться на известной точке,судьба так и сопрет меня с неё долой...

Этот господин всегда найдёт себе двух или трёх поклонников, которые будут его слушать разиня рот и давать ему взаймы деньги. Посмотрите,он кончит тем,что умрёт где-нибудь в Царевококшайске или в Чухломе-на руках престарелой девы в парике, которая будет думать о нем как о гениальнейшем человеке в мире...

Ей так горького,и противно, и пошло казалось жить,так стыдно ей стало самой себя,своей любви,своей печали,что в это мгновение она бы,вероятно,согласилась умереть.

Я до всего рода человеческого не большой охотник. -Что же вам могло дать такое дурное мнение о нем?-спросил Рудин. Пигасов глянул ему прямо в глаза. -Вероятно, изучение собственного сердца, в котором я с каждым днём открываю все более и более дряни. Я суду о других по себе. Может быть,это и не справедливо,и я гораздо хуже других.

-С холодной миной... Вам все огня нужно;а огонь никуда не годится. Вспыхнет,надымит,погаснет. -И согреет,<…> -Да... и обожжет -Ну и что ж,что обожжет! И это не беда. Все лучше,чем... -А вот я посмотрю,то ли вы заговорить,когда хоть раз хорошенько обожжетесь

Дело в том,что слова Рудина так и останутся словами и никогда не станут поступком.