Inferno

Но честным быть здесь было бы нечестным.
И я ушел. О, развращенный род
Из Генуи! Зачем судом небесным
Не изгнаны из мира вы навек?
Развратнейший в Романье человек
Мне встретился с другим злодеем рядом,
Чей грешный дух давно уж принят Адом,
А плоть его как будто бы живет.

Когда б владел я рифмою железной -
Все ужасы я описать бы мог,
Витавшие над этой адской бездной,
Полнее бы излил я мысли сок.
Но стих мой слаб, и тот достоин срама,
Кто думал бы прославить Божий мир,
Когда язык лепечет: "Папа! Мама!"
О Музы! пусть же звуки ваших лир
Помогут мне

Читатель мой, когда бы повесть эту
Ты басней счел - не удивлюсь тому,
Едва себе я верю самому!

Но Геркулес ударов целой сотней
Свалил его однажды на пути,
И умер он от первых десяти

Чистилище. Песнь 9. О гордецах.

-О христиане,гордые сердцами,
-Несчастные, чьи тусклые умы

• Уводят нас попятными путями!

  -Вам невдомек,что только черви мы,

• В которых зреет мотылек нетленный,
• На божий суд взывающий из тьмы!

  -Чего возносится ваш дух надменный,

• Коль сами вы не разнитесь ничуть

Всегда далек от цели человек,
В чьей голове идет на смену
Другая мысль, утрачивая цену

Творящее начало, пребывая
Врозь с веществом в пределах вещества,
Полно особой силы, каковая

В бездействии незрима, хоть жива,
А зрима лишь посредством проявленья;
Так жизнь растенья выдает листва.

Забудь надежду, всяк сюда входящий...

В неправде, вредоносной для других,
Цель всякой злобы, небу неугодной;
Обман и сила - вот орудья злых.

Ленивых надобно будить, а сами
Они не расшевелятся никак.

"Когда поступим с теми безжалостно, к кому сердца влекло, - что сделаем с творящими нам зло?"

Зло ближнему - вот где источник бед.

Тот мечется, в ком сила не тверда.

Все смутно жаждут блага, сознавая,
Что мир души лишь в нем осуществим,
И все к нему стремятся, уповая.

Но если вас влечет к общенью с ним
Лишь вялая любовь, то покаянных
Казнит вот этот круг, где мы стоим.

Душа людская святости не ищет
И не к верхушке устремляет взгляд,
А, как свинья, под самым дубом рыщет,

У тех корней, где желуди лежат.

Чтоб грешный дух не пребывал в изгнанье,
Есть два пути: у Господа просить,
Чтоб заменил Свой гнев на состраданье,

Иль грех поступком добрым искупить,
Ступив на путь любви и покаянья,
Чтоб милость Саваофа заслужить.

Но смертного влечет непослушанье,
И он подчас охотней согрешит,
Чем совершит поекрасное деянье.

Все то что раньше было наважденьем,
Мой ум теперь способен разгадать:

Тот поперечник вечного движенья
(Что назван был одною из наук
Экватором), не зная измененья,

Лежит меж тьмой и солнцем и на юг,
Как мнили иудеи, не ведет он
Но к северу идет отсюда...

Когда б могли, не ведая сомненья,
Вы все непостижимое понять,
Тогда бы для людского искупленья

Спасителя не стоило рождать,
Я думаю, Марии Благодатной...
О вечные безумцы! Все познать

Они стремились в жажде непонятной.
Но тайна ускользнувшая - опять
К ним возвращалась пыткой неоплатной.

Таков был Аристотель и Платон

Людей природа строгая творит,
Но год за годом вечное молчанье
О тайне их создания хранит...

Безумен тот, кто думает, что знаньем
Проникнуть может в тайны Божества,
Осилить скудным разумом сиянье

Единого в трех лицах естества.