Ван Гог. Самоубитый обществом

Чисто линейная живопись давно сводила меня с ума, когда я наконец открыл для себя Ван Гога: он рисовал не линии или формы, а объекты бездвижной природы, точно охваченные судоргами.

"... не чудо ли, что среди всех художников этот «не больше, чем художник» – еще и тот, с кем легче всего забываешь, что перед нами – живопись..."

"...его подсолнухи отливающего бронзой золота просто нарисованы – написаны, как подсолнухи, и не больше, – но, чтобы понять обычный подсолнух, нам теперь нужно обращаться к Ван Гогу – точно так же, чтобы понять настоящую грозу за окном, грозовое небо, настоящую равнину, мы уже не можем не обратиться к Ван Гогу. "

Да и потом, в одиночку себя не убиваешь.
Никто никогда не рождается в одиночестве.
И умирать тоже одному ни у кого ен получается.
Но в случае самоубийства нужна целая армия неправедных существ, чтобы толкнуть тело на такой противоестественный поступок — лишить себя своей собственной жизни.
И я уверен, что в бесповоротную минуту смерти всегда рядом кто-то еще — он-то и отбирает нашу собственную жизнь.

До Ван Гога только у несчастного Ницше был такой взгляд, раздевающий душу, освобождающий тело от души, оголяющий человеческое тело, отбрасывающий прочь уловки духа.

Перед нами прошел наложивший на себя руки безумец, вернувший природе воду со своей картины,
но кто вернет ее ему?

Из всех художников Ван Гог обдирает нас глубже всего, до костей.

Только бесконечная война может объяснить недолговечный мир.

В ком не сидит тлеющий в преддверии взрыва запал и сжатое пружиной головокружение, жить не достоин.

Истинную жизнь человечество обычно черпает в гении художника.