Биографии,Воспоминания. Мемуары
Tatyana934
- 590 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Когда Михаил Шатров, Олег Ефремов и прочие маститые советские драматурги и постановщики жаловались на очередные цензурные препоны, Екатерина Фурцева никогда и ничего не обещала. Она неизменно говорила:
— Я подумаю, что можно сделать.
Фраза сама по себе говорит о многом, хотя бы потому, что в ней присутствует местоимение «Я». Для таких случаев у руководителей советской (да и постсоветской) эпохи было стандартное выражение: «Мы посмотрим…» Как вариант — и вовсе безликое: «Надо посмотреть, что можно будет сделать». И вообще, как подчеркнул Владлен Логинов, Екатерина Алексеевна не обещала. Но она делала!

— Козинцев все время просит разрешить ему сделать фильм «Гамлет», хотя передо мной лежит письмо с Кировского завода, в котором просят, чтобы Козинцев сделал фильм о современнике.

Исключение Пастернака из Союза писателей СССР состоялось 27 октября решением его секретариата. Через четыре дня Борис Полевой заявил на общемосковском собрании советских писателей: «Пастернак, по существу, на мой взгляд, это литературный Власов, это человек, который, живя с нами, питаясь нашим советским хлебом, получая на жизнь в наших советских издательствах, пользуясь всеми благами советского гражданина, изменил нам, перешел в тот лагерь и воюет в том лагере»











