Нам всем есть что терять. И порой это несоизмеримо больше, чем наши мечты…

А я вообще никогда не торгуюсь. За все, что выторговал, Бог попросит заплатить дважды.

Это ведь так важно, когда тебя обнимают на прощанье…

Чудачество можно простить кому угодно, только не практикующему хирургу

Он существует. Не требуй доказательств

– А я вообще никогда не торгуюсь, – сказала Тхор. – За все, что выторговал, Бог попросит заплатить дважды.

С началом революции записи были всё более расплывчатыми, капли воды, видимо - слёз, размывали целые фрагменты

Исследовательский интерес во сто крат превышал чувство потери

И только под сильными ладонями мужа она замирала, расслаблялась, закрывала глаза и проваливалась в спокойную дрему. Его руки, мощные, животворящие, сглажи вали несовершенство мира и стирали с его поверхности досадные пятна боли, беспросветных мук и чужих испытаний.

Никогда, слышишь, девочка, никогда не делись своими чувствами с другими людьми. Затопчут, надругаются, засмеют.

Папа называл его «жутко гениальным», но «слегка невменько».

– <...> Я поняла! Вы из похоронного агентства!
– Теплее, – улыбнулся Азраил.
– Наконец-то у них в штате появились интересные мужчины! Когда я узнавала расценки на похороны, со мной разговаривала премерзская тетка. Вы вообще знаете, сколько стоит смерть?
– У смерти нет цены, – отозвался Дух.
– Ошибаетесь, мой дорогой! Она дорожает год от года! Это безобразие! Чтобы заработать на смерть, нужно начать пахать с рождения!
– Это факт, – согласился Ангел.

– <…> я повелеваю желаниями людей, ставших хозяевами камня.
– И как ты это делаешь?
– Даю возможность исполниться их мечте, но взамен забираю то, что они имеют, – развел руками Азраил.
– Зачем? Почему нельзя просто сбыться мечте? – удивился Вася.
– Только потеряв привычное, они научатся ценить жизнь. Поймут, как многое им было дано, каким богатством они обладали.

– А я вообще никогда не торгуюсь, – сказала Тхор. – За все, что выторговал, Бог попросит заплатить дважды.

Рассказывали друг другу о жизни, сближаясь минута за минутой, обсуждали клиентов - как психолог и гадалка, - сойдясь на том, что всем в итоге нужно одного - чуда. И желательно безо всяких на то усилий.

И жизнь впереди, и любовь, и победы. Главное – здоровье, верно?

Одни играют малюсенькую, строго отведенную роль в этом мире, а писатель отражает его целиком. Отражает, преломляет, препарирует, разжевывает истины.

Я стану обнимать их перед смертью. Они будут чувствовать мое тепло. Это ведь так важно, когда тебя обнимают на прощанье…

– Вы, смертные, искусно оправдываете свои грехи. Даже самые тяжкие.