Цитаты из книги Слово Вирявы

- Скажи... скажи, что надо сделать, чтобы потом в Тоначи было хорошо?
- Жить надо для этого. - Бабушкин голос дрогнул. - Любить жизнь, своих родных, свою работу. Людей любить, делать им добро. Чтобы всё ярким и светлым казалось, даже если темно. Самой всём светить. Пусть мрак, вокруг, темень - а ты свети! Всё пробуй, путешествуй, читай, учись, ничего и никого не бойся....

- Зачем тебе это? Слово
дала - слово взяла! Что ты упёрлась?
- На слове держится язык. На языке- закон. На законе - весь народ, - донёс ветер шёпот Вирявы.

- Да я этих цыплят - клюк, и всё! - вмешался Куйгорож. - Ни один мимо меня не проскочит!
Вот теперь Сергей удостоил Куйгорожа взглядом.
- Ой ли?
- В стойле! - Куйгорож снова передразнил Сергея.


На месте, где лежал Сергей, теперь блаженно валялся в дорожной пыли здоровенный хряк. Варда пнула его, и тот подскочил.
- Был пьянчужка, стал как хрюшка! - довольно поцокала языком ведьма и уселась на хряка верхом. Зверь завизжал, бросился было в сторону телеги, но Варда его тут же осадила, потянув за уши.
- А где.... где Сергей? - всё ещё не веря в происходящие, заметалась Варя.
- Был Серёжа, стал свиная рожа! И-и-их! - Варда завертелась на спине хряка, который изо всех сил пытался её скинуть.

– Так оно и есть. Это овтонь лапа[23] – «медвежья лапа» переводится.

Варя растерянно заморгала.

– Надо мне было догадаться порекомендовать вам это блюдо. Как местный неместному. Хотите попробовать? Шедевр национальной кухни!

– Выглядит очень вкусно, но нет, спасибо. – Варя сглотнула. «Местный неместному»… Она предпочла не возражать. Н-да. Прожить большую часть жизни в Мордовии и впервые увидеть блюдо, возведенное в разряд шедевра… Молчи, Варвара, за неместную сойдешь.

– У этого блюда есть своя история. Красивая и… эм… брутальная. – С появлением на столе обеда настроение у Ильи заметно улучшилось. – Говорят, эрзянским парням раньше не разрешали жениться до тех пор, пока они не станут настоящими мужчинами. А настоящим мужчиной считался тот, кто на охоте убил медведя. Поэтому своим невестам парни присылали в подарок жареную медвежью лапу. – Он надрезал котлету, и из нее брызнул сок. – Сейчас, конечно, медвежатину никто не ест. Делают котлету из разных видов фарша – не буду врать, не помню, из какого мяса именно. А потом сухариками украшают – изображают когти зверя.

– Жалко мишек… – протянула Варя, которую слегка замутило. – А разве медведь не считался у эрзян и мокшан священным животным? – Она решила блеснуть теми скудными остатками знаний, которые чудом застряли в ее голове после курса культурологии, и сменить тему.

– Очень даже. За медведя даже девушек замуж отдавали – ну, символически, само собой. Но со временем мишка, видимо, потерял свой статус…

– …и его пустили на котлеты, – хмыкнула Варя.