Отзывы о книге Победоносец

Для второго дня нового года и первой рецензии после попадания в "золотую тысячу" экспертов сайта я хочу поделиться с вами очередным литературно-сетевым расследованием. Итак, сегодня у нас Anne Dar (Анна Даровская) и ее «Победоносец». Что это, новый талантливый и сверхплодовитый автор или литературный конвейер? Давайте разбираться! Кстати, сразу хочу предупредить – все заголовки (включая название рецензии) - принадлежат перу госпожи Даровской.

Семь печатей тайн, или как написать 20 романов

"Anne Dar – молодая поэтесса и писательница. Информацию о личной жизни автор хранит за семью печатями тайн" — гласит официальная биография. Загадочность удобна: не нужно объяснять, как за несколько лет было выпущено несколько десятков книг. Не нужно показывать лицо, давать интервью, отвечать на неудобные вопросы о качестве текстов. Мистификация работает на коммерческий успех, но разваливается при первом же столкновении с реальным текстом.

Развязка страшной истории приходит в движение: рейтинги, которые не сходятся

Начнем с математики, которая не терпит вранья. Не буду утомлять ссылками и цифрам, при желании вы сами сможете их найти на самых известных платформах. Просто факты: разрыв в количестве оценок у автора доходит до 50 раз! То есть буквально 1500 оценок на одной платформе и 30 на другой. Скажу просто – так не бывает.

Лингвистическая экспертиза: последний оплот теплоты на моем остывающем теле

Проанализируем первые три главы "Победоносца", которые должны были зацепить читателя.

"Мне легко отсчитывать свой точный возраст, что важно, когда тебе суждено прожить дольше одной человеческой жизни."

Конструкция "что важно, когда..." — типичный блогерский зачин. Рассказчик оправдывается перед читателем, зачем он вообще что-то говорит. Это не литературный прием, это неуверенность автора.

"По неизвестной мне причине, самое яркое воспоминание из давно канувшего в Лету времени – ночь рождения моей сестры и смерти моей матери."

"По неизвестной мне причине" — канцелярская оговорка. "Давно канувшего в Лету" — штамп. Сочетание дает забористый гибрид бюрократического отчета и школьного сочинения.

"У неё были очень густые и немного вьющиеся каштановые волосы длиной до поясницы, которые она неизменно заплетала в тугую косу, привычно украшаемую разноцветными лентами. Я с братом внешностью вышли совсем непохожими на эту невероятную женщину: мы с рождения походили на черноволосого отца, но так как я всю жизнь знал его с густой, длинной и ровно подстриженной бородой, и густыми волосами длиной до плеч – образ славянского манера, как и образы большинства людей, бывших мне близкими в первые годы моей жизни, – я могу лишь утверждать, что у меня такой же ровный нос, какой был у него, и изначально у меня был цвет его глаз, пока их летняя зелень не смешалась с металлической серостью и не образовала новый оттенок."

Увы, предложение разваливается на три несвязанные части. Двоеточие вместо точки. Вложенное тире-уточнение разрывает логику. "Образ славянского манера" — что это? "Летняя зелень смешалась с металлической серостью" — откуда взялась серость? Возникает подозрение что автор плохо контролирует синтаксис.

Штампы вместо стиля: не смогли заставить себя читать повторно

Перечислю свои любимки, найденные всего за три главы:

• "канувшее в Лету"
• "разрывающий душу вопль"
• "завывания северного ветра"
• "крошечное дитя"
• "невосполнимая утрата"
• "редкая красавица"
• "маска напускной суровости"
• "безмерное могущество"

  Можем, кстати, объединить. Но это чуть позже, как говорил один господин, я попаду в конце посылки!*

  Возвращаясь к Даровской мы можем констатировать, что это не язык, а клише-конструктор. Впрочем, не лишенный своего шарма. Как говорят преданные читатели автора (надеюсь, они с нами в комнате): "О, эти сложносочинённые предложения – услада!"

  Фактические ошибки и алогизмы: не станем терпеть игнорирование со стороны самоуверенного микроорганизма!

  "В погружённой в декабрьский мрак комнате горел живым огнём фонарь "летучая мышь""

  Фонарь «летучая мышь» — это керосиновая лампа начала XX века с характерным абажуром. В антураже «старославянской» избы она смотрится так же органично, как телефон Nokia.

  "мы были близки по возрасту и по душевной привязанности друг к другу"

  Алогизм: возраст и привязанность — категории разного порядка. "Близки по привязанности" — тавтология (привязанность УЖЕ близость).

  "Полеля была добродушной от рождения – качество, в полной мере передавшееся ей и от нашей матери, и от отца, который всю свою жизнь прятал своё уникальное добродушие за маской напускной суровости."

  Автор СООБЩАЕТ о качествах персонажей, но не ПОКАЗЫВАЕТ их в действии. Это не проза, это досье. "Уникальное добродушие за маской суровости" — штамп из любовных романов.

  Автор пытается создать "славянский колорит": Добронрав, Ратибор, Полеля, Ефросиния, "нововеры", "Замок", "князь Земский Храбр", "по манеру", "высокопарное наименование". Но все это — декорации. Синтаксис современный, канцелярский. Лексика бытовая, отягощенная блогизмами. Получается костюмированная вечеринка, а не стилизация.

  Экспозиционный дамп: нас всех тошнит

  Извините, это был Хармс, а не Даровская. Но как ни крути, первые три главы "Победоносца" — это 90% backstory и 10% действия. Автор пересказывает историю мира, биографии персонажей, устройство общества. Читатель захлебывается информацией, которая подается не через сюжет, а через авторский комментарий. Экспозиция льется целыми абзацами, блоками по 200-300 слов. Читателя тошнит.

  Восторженные отзывы по итогу оказавшиеся паттерном накрутки

  Отзывы на любой роман автора как мантру повторяют одни и те же формулы:

  - "Потрясающие сюжеты!" (без конкретики)

• "Уникальный автор!" (без аргументов)
• "Невозможно оторваться!" (шаблон)
• "О, эти сложносочинённые предложения – услада!" (про текст, полный ошибок)

  Но если читать критические отзывы на независимых площадках:

  - "Я не смогла 'это' читать... корректура и редактура не коснулись авторского текста от слова совсем"

• "Опечатки, ошибки, неправильно построенные предложения"
• "Стилистические, грамматические, орфографические и пунктуационные ошибки делают чтение... болезненным"
• "Язык крайне приземлённый, без поисков смысла, без описаний"

  Разрыв между восторженными и критическими отзывами — ещё одно доказательство того, что "что-то не так".

  Увы, расследование показало что "Победоносец" — еще один продукт не литературного таланта, а коммерческой стратегии. Это не литература — это контент. Возможно, небезынтересный для определенной аудитории. Массовый, быстрый, нацеленный на алгоритмы рекомендаций и импульсивные покупки.

  Семь печатей тайн Anne Dar скрывают не загадочную гениальность, а прозаическую правду: за красивой обложкой и накрученными рейтингами стоит текст, который не выдерживает даже базовой лингвистической проверки.

  И обещанный бонус: целая фраза, построенная на самый распространенных клише из текста Анны Даровской.

  Разрывающий душу вопль крошечного дитяти смешался с завываниями северного ветра, когда редкая красавица, скрывавшая безмерное могущество под маской напускной суровости, осознала невосполнимую утрату — всё, что она любила, кануло в Лету.

  Надеюсь, что где-то Anne Dar сейчас кивает с одобрением: "О, эти сложносочинённые предложения – услада!"

  *цитата из пьесы «Сирано де Бержерак» Эдмона Ростана, в переводе Т. Л. Щепкиной-Куперник. Сирано говорит эту фразу перед тем, как рассказать о балладе, которую сочиняет прямо во время дуэли.