Ярослава и Грач

- Но это же здорово: у нас появится свой малыш. Будет нам агукать, будем с ним гулять, целовать и обнимать, станем ходить к нему на утренники в детский садик, потом в школу пойдет... Яр, давай серьезно, почему - нет?
И она не сдержалась:

• Да потому что это мне носить! Мне рожать! Мне сидеть с ним! Мне, а не тебе, понимаешь? А тебе умиляться, играть полчаса в день и хвастаться окружающим, что ты отец.

Да, Яра могла злиться на Гришу, он мог ее раздражать, не отвечать ее запросам, иногда ей хотелось его прибить, но при всем при этом она всегда могла на него положиться. Ее бесила порой его инертность и безэмоциональность, хотелось, чтобы он тоже бурлил и рвался куда-то, но, с другой стороны, когда возникала проблема, он оставался так же спокоен и невозмутим и решал эту проблему, сохраняя холодную голову, пока сама Яра билась в истерике где-нибудь в сторонке.

Яре плакать захотелось. Она знала, что дома ее накроет с новой силой.

• Может, погуляем? - предложила она.
• Не хочу, - поморщился Григорий.

— Я-яр... Это какой-то бред. Пожалуйста... Давай обсудим всё как взрослые люди.
— То есть придём к нужным тебе выводам? Нет.

Она прекрасно знала, что первые несколько лет Гриша всё ждал, когда она уйдёт, но после свадьбы успокоился и в отношении этого вопроса тоже. Самое страшное — это когда начинаешь воспринимать того, кто рядом, как нечто само собой разумеющееся. Самая большая ошибка воспринимающего. Самая сильная боль воспринимаемого.

Яра смотрела на мелькающие за окном улицы, на проходящих мимо людей, на пары, и завидовала им, прекрасно осознавая всю глупость и бессмысленность этой зависти. Она давно поняла, что у каждого своё болото. Каждый балансировал на кочке. Красивыми оставались лишь фасады.