Из России с любовью

Все-таки хорошо, когда все собираются вместе в Новый Год. Это и есть настоящее счастье.

«Бойся диких медведей и пьяных мужиков», – предупреждала мама. Она не знала одного: пьяных медведей и диких мужиков тоже стоило остерегаться.

Родить ребенка – это как вынуть свое сердце и отдать ему. Тебе больше нигде не будет так хорошо, как рядом с этим комочком счастья.

– Почему весь вечер показывают этот фильм? – Спросил румяный Джон, кутаясь в халат.
– Это «Ирония судьбы». – Объяснил Дима, падая на стул рядом с ним. – Его смотрят каждый год. Это традиция.
– Зачем?
Калинин пожал плечами:
– Чтобы понять загадочную русскую душу, наверное.

Холод, жар, холод – семь кругов ада. Это и была русская баня.

Британец чувствовал, как открываются его поры, как по плечам и лицу текут реки пота. Терпеть становилось все труднее. И тут дед Веня встал, чтобы подогреть камни в печи, полив их водой.
– А сейчас начнется жара! – Радостно объявил Дима.
«Эй, ребята, а до этого что тогда было?!» – опешил Джон, но сказать ничего не мог – кипяток, растворенный в воздухе, уже раздирал его легкие. Похоже, русские решили сварить его заживо!

Они обещали, что будет весело. Они говорили, что баня это приятно. Что она расслабит, отвлечет, согреет. Никто не предупреждал, что это настоящий сеанс мазохизма.

– Ни за что. – Серега скатился по креслу и встал на лапки на полу. – Побежали так.
Но забег, скажем прямо, не совсем удался. Зяме пришлось трижды возвращаться, чтобы проверить, где его новый напарник.
– Еще немного, и мы у двери. Зато набегаешься, и уснешь сном младенца. – Гавкнул он.
– Еще немного, и я усну вечным сном. – Запыхавшись, пробормотал ежик.

– Я – Зяма. – Сказало чудовище. – Гав! А ты что за зверь?
– Угадай.
– Мышь непричесанная.
– Ёж. – Насупился Серега.

– Shuba!
Пирог из слоев соленой рыбы с овощами, покрытый коркой из майонеза цвета фуксии.
– Kolbasa!
Рыхлое внебрачное дитя сосиски.
– Oliv’e!
Мерзко выглядящая, но потрясающая на вкус мешанина из картошки и других овощей.
– Holodetz!
Желе из мяса. Бррр….
– Solyanka!
Похоже, какой-то суп.
В России суп вообще очень важное блюдо: щи, борщ, окрошка. У них даже напитки – фруктовые супы. Компот, кисель. Последний, например, суп из сока и крахмала.

– Ребят, как перевести британцу жрапокалипсис? – Обнимая друга, засмеялась Аня.
– Это надо пережить. – Уверенно заявил американец. И уже по-русски добавил: – Больше никак не объяснишь.

– А это что еще за… – Вскочил он, стукнувшись головой об обшивку, и приник к холодному стеклу окна.
Дима обернулся на звук и увидел заходящих в реку полуголых людей.
– А. Это моржи. – Спокойно ответил он. – Они верят в целебные свойства воды.
– Они же погибнут!
– О, нет, не переживай. – Весело отмахнулся татуированный парень. – Иностранцы зимой тепло одеваются, а русские раздеваются. Все нормально.

– Я тут сдохну. – Простонал Джон.
– Нет. Ты чего. – Калинин катил его за руку в сторону стоянки. – Здесь зимой лучше не умирать. Могилы по три дня копают, землю приходится оттаивать горячим утюгом.

Она знала, что родить ребенка – это как вынуть свое сердце и отдать ему. Тебе больше нигде не будет так хорошо, как рядом с этим комочком счастья.