Цитаты из книги Похититель детей

Потому что ситуация была не просто безнадежна – она была полностью, абсолютно нелепа. Если бы не ее трагизм, это было бы просто смешно. Обе стороны так ослеплены страхом и ненавистью друг к другу, что даже не видят, что сражаются за одно и то же – за то, чтоб эти люди могли покинуть остров. Безумие!

Честь у Ульфгера имеется – во многих отношениях это и есть главная причина его несчастий. Он связан тем, что полагает своим долгом; насколько искажено его понимание долга – уже другой вопрос.

– Да, – вздохнул эльф. – Ее трудно не любить. Она – будто сама природа. Но, – эльф понизил голос, – с богами и богинями нужно держаться настороже, иначе можно слишком глубоко увязнуть в их страстях и интригах.

• Вы не посмеете!!! - пронзительно завопил Преподобный. - Я - воин Господа! Я с ним в одном строю!!!
  - Ты в одном строю с обреченными.

Подростки сильнее, выносливее, а значит, склонны дольше оставаться в живых.

«Им нужно знать, что ты в них веришь, иначе разуверятся в самих себе»

[...] Всё на свете имеет свою цену. Всё. Просто некоторые вещи стоят дороже других.

Большинство Дьяволов были одеты только в цельнокроеные штаны из сыромятной кожи с пришитыми к штанинам остроносыми сапожками, но некоторые надели усеянные шипами и заклепками кожаные куртки из мира Ника, в которых сделались похожи на шайку психованных панков.

Богини слишком ревнивы, чтобы терпеть соперниц, пусть даже матерей.

Питер покачал головой. Он знал: скоро этот мальчишка станет таким же гнусным, как и эти двое – ведь гнусность имеет отвратительную манеру заражать окружающих.

Ник крепко сжал рукоять Маладриэли, в который раз задаваясь вопросом, каково это - взаправду рубить человека мечом, и от всей души надеясь никогда этого не узнать.

– Мы на праведном пути! – громко изрек Преподобный. – Господь сокрушает наших врагов, его могучая длань ведет нас. Вот, вот тому свидетельство! – он указал на скорченные дымящиеся тельца на земле. – Сам Господь сжег их огнем небесным! «Господь или нет, а кто-то сжег», – подумал Капитан. Он, конечно, надеялся, что это Господь, но скверное предчувствие подсказывало, что тут поработал кто-то другой, и с этим кем-то лучше не встречаться.

Тело Красной Кости конвульсивно напряглось и безжизненно обмякло. Может, он, наконец, мертв? Ник от души надеялся, что это так – пусть весь этот кошмар кончится хотя бы для него.

Не подражай зверю, на которого охотишься — вряд ли животное обманешь его же собственным зовом. Вернейший способ приманить добычу — голос другого зверя, разжившегося пищей.

Никакого благородства, никакой романтики, только смерть…

С богами и богинями нужно держаться настороже, иначе можно слишком глубоко увязнуть в их страстях и интригах.

Похоже, волшебство уродовало каждого по-своему: разнообразие обезображенных тел и лиц людей, уставших от собственных душ, казалось бесконечным.

«Демоны, – подумал он. – Весь род людской – просто демоны».

В кино на этом бы все и кончилось. Получив отпор, обидчик проникся бы к Нику некоторым уважением, и если не подружился бы с ним, то, по крайней мере, оставил в покое. Но Ник знал: в реальной жизни так не бывает. В реальной жизни тебе может посчастливиться взять верх, но типы вроде Лероя этого ни за что не забудут. Не забудут, не простят и после, со временем, обязательно найдут возможность поквитаться.