Светлана

Улыбнись, моя краса,
На мою балладу;
В ней большие чудеса,
Очень мало складу.
Взором счастливый твоим,
Не хочу и славы;
Слава — нас учили — дым;
Свет — судья лукавый.

"Лучший друг нам в жизни сей
Вера в провиденье.
Благ зиждителя закон:
Здесь несчастье - лживый сон;
Счастье - пробужденье".

Ничто не вызовет почивших из гробов.

И взоры тусклые, навеки угасая,
Еще стремятся к ним с последнею слезой;
Их сердце милый глас в могиле нашей слышит;
Наш камень гробовой для них одушевлен;
Для них наш мертвый прах в холодной урне дышит,
Еще огнем любви для них воспламенен.

А мы... ужель дерзнем друг другу чужды быть?
Ужель красавиц взор, иль почестей исканье,
Иль суетная честь приятным в свете слыть
Загладят в сердце вспоминанье

Блажен, кому дано цевницей оживлять
Часы сей жизни скоротечной!

Того, что скрывает та бездна немая,
Ничья здесь душа не расскажет живая.

Знай, несчастье - лживый сон,
Счастье - пробуждение...

Лучший друг нам в жизни сей вера в провиденье.

Верь тому, что сердце скажет.

Дважды сердцу не любить

Милый друг, всему конец.
Что прошло — невозратимо

Здесь несчастье - лживый сон;

Счастье - пробуждение.

Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали:
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали;
Снег пололи; под окнам
Слушали; кормили
Счетным курицу зерном..

Взором счастливый твоим,
Не хочу и славы;
Слава — нас учили — дым;
Свет — судья лукавый.

Лучший друг нам в жизни сей Вера в провиденье. Благ зиждителя закон: Здесь несчастье — лживый сон; Счастье — пробужденье".

Где видалися мы под защитою тьмы;
Там скитаюсь теперь мертвецом;
И сюда с высоты не сошел бы... но ты
Заклинала Ивановым днём.

"Смертных ропот безрассуден;
Царь Всевышний правосудие;
Твой услышал стон Творец;
Час твой бил, настал конец".

"Лучший друг нам в жизни сей
Вера в провиденье.
Благ зиждителя закон:
Здесь несчастье — лживый сон;
Счастье — пробужденье".