Странно звучит, но ведь нам самим и правда никогда не понять, как мы выглядим на самом деле. Мы можем запросто разглядеть свои руки или ноги, но чтобы увидеть спину или что пониже, уже обращаемся к зеркалу. Как ни крутись, окружающим мы видны куда лучше, чем себе самим. Вот и с мыслями точно так же. Что бы человек о себе ни думал, люди воспринимают его совсем иначе…

- А какое у вас любимое время года, госпожа Барбара? - спрашиваю я продолжая глядеть на море.

• Да каждое, конечно! - удивляется она вопросу. -А как же иначе? Весной сакура цветёт. Летом можно купаться в море. Осенью всегда очень вкусно, а зимой - тишина и красивые заезды... Я ненасытная, всех люблю.

Вообще, одалживать деньги можно только в одном случае: если ты считаешь, что можешь их подарить и готов к тому, что они к тебе не вернутся. Во всех остальных случаях делать этого нельзя...

— А какое у вас любимое время года, госпожа Барбара? — спрашиваю я, продолжая глядеть на море.
— Да каждое, конечно! — удивляется она вопросу. — А как же иначе? Весной сакура цветет. Летом можно купаться в море. Осенью всегда очень вкусно, а зимой — тишина и красивые звезды… Я ненасытная, всех люблю. Весну-лето-осень-зиму… Всех четверых одинаково!

Любоваться истинной красотой - один из способов оттачивания мастерства.

- Госпожа Барбара! А когда вы в своей жизни были счастливее всего? - неожиданно для себя спросила я.

• Да прямо сейчас! - ответила она моментально.

• Это да, - согласилась я. - Прямо сейчас - это самое счастливое время!

Без хорошей тренировки — ни уменья, ни сноровки!

"Истинная мудрость всегда проста".

Густо-пепельный - лучший цвет для настроения, с которым я и выполняю эту работу. И при этом совсем не грустный. Ведь за каждой пепельной тучей обязательно синеет чистое небо...

Какой танец предложишь партнеру, так он с тобой и станцует.

— Они ведь ещё живые, правда? — уточнил Сэйтаро-сан, заглядывая мне в глаза.
— Да... Я думаю, что живые.
— Даже если эти цветы разлучили с землёй и солнечными лучами, они продолжают жить в той форме, какую мы видим. Может, смерть и есть вечная форма жизни, кто знает? О подобных вещах я думала постоянно, пока оформляла письмо.
— Как и отец, не так ли? — добавил после долгой паузы Сэйтаро-сан.

Когда наливаешь тонкой струйкой в старинную чашку чёрный чай, по деревянному дому растекается особый аромат - чуть терпкий, почти неуловимый, как солнечные лучи.

Опустив письмо в ящик, я услышала лёгкий шелест и слабый стук... Счастливого пути!

Когда смотришь на сакуру, понимаешь, что все-таки жил не зря...

Говорят, чем выше пламя у горящих черновиков, тем удачней получается оригинал.

Это письмо хотелось перечитывать бесконечно. И каждый раз, когда я делала это, тюльпаны распускались в моей душе.