За спиной

Один писатель как-то сказал, что глаза – это окна души. Может, кто-то из французов? И впрямь звучало это так, как сказал бы какой-нибудь французский чувак. Ну что ж, коли глаза – это окна души, то компьютерные мониторы – это окна рая и ада....Ведь, если как следует вникнуть в суть этой остроумной метафоры, его мониторы показывали ему сразу десятки людей, и все их желания, потребности и секреты были у него на виду. Глаза? Ну, это непрофессионально. Глядя на пару студенистых шариков, пытаться понять, чего хочет их обладатель?

Он стал ждать, пока виртуальная Виктория переоденется во что-нибудь более сексуальное – на самом-то деле пока его запрос будет проанализирован и обработан соответствующими алгоритмами, что обычно требовало времени. И наконец в окне чата появилось изображение – Виктория лежала на кровати, игриво покусывая палец, одетая в соблазнительный фиолетовый пеньюар. Он почувствовал, как напрягся, просто глядя на эту картину.
И тут заметил у нее на руке шестой палец. Генераторы изображений почему-то иногда до сих испытывали проблемы с пальцами. Этот чертов алгоритм, способный практически с нуля создать целую фотографию с самыми невероятными деталями, не умел считать до пяти. Это жутко его бесило. И разрушало ту хрупкую иллюзию, которую ему обычно удавалось поддерживать – что он в некотором роде общается со своей девушкой.

В двадцать первом веке отсутствие в социальных сетях равносильно отсутствию конечности. Как вы можете следить за всеми этими политическими спорами, заплесневелыми шутками и рекламой, не имея аккаунта в социальных сетях? Откуда вы узнаете, как дела у вашего бывшего или у того человека с работы, с которым вы никогда по-настоящему не общались? Это был уже далеко не первый раз, когда у Джеммы спрашивали, как и почему. И у нее всегда имелся ответ на этот вопрос. Даже целый репертуар ответов, который всех удовлетворял. Все они были вариациями предложений, включающих в себя слова «массивы данных», «крупные корпорации» и «конфиденциальность».

Джемма иногда говорила: «Я ценю свою конфиденциальность и не хочу, чтобы крупные корпорации заносили меня в свои массивы данных». Или могла сказать: «Массивы данных и крупные корпорации представляют серьезную опасность для нашей конфиденциальности, и я не хочу упрощать им жизнь». Или даже когда ей было просто лень развивать эту тему: «Ну, сами понимаете… Массивы данных… Конфиденциальность… Крупные корпорации…» И это срабатывало. Люди понимающе кивали и меняли тему разговора. Это было магическое заклинание, которое никогда ее не подводило.