Зов Ктулху

Понадобилось несколько недель повторяющихся ночных ужасов для того, чтобы хоть как-то приучить меня к своему новому уродливому облику.

Сознание мое опалила вспышка мгновенно пережитого кошмара, который показался мне еще более ужасным именно потому, что при ближайшем и рациональном осмыслении его, в нем, вроде бы, не было ничего кошмарного.

Восставший может уйти в бездну, а опустившийся в бездну может вновь восстать.

Мы не больше, чем аборигены, живущие на безмятежном острове невежества, со всех сторон окруженные черными водами бесконечности, что как бы наглядно должно нам показывать, что отплывать далеко от берегов может быть крайне опасно.

Человек не способен до конца постичь свой собственный разум, и в этом, я думаю, заключается самый щедрый и милосердный дар, полученный им от матушки-природы.

Разные науки, каждая из которых развиваясь в своем собственном направлении, до сих пор не причиняли человечеству много вреда. Но однажды эти разрозненные знания соединятся воедино и откроют настолько ужасающие перспективы реальности и нашего ужасного положения в ней, что мы либо сойдём с ума от такого озарения, либо убежим от этого смертоносного света знаний подальше в темный и невежественный, но безопасный мир нового Средневековья.

Внизу меня поджидало нечто неслыханное и великолепное, и скоро я встречусь с ним. Йа-Р'лия! Ктулху фхтагн! Иа! Иа! Нет, я не застрелюсь — я создан отнюдь не для этого!

Эмми такой славный старик <…> Мне ужасно не хочется, чтобы он превратился в пепельно-серое, визжащее, разваливающееся на куски чудовище

Его дом в Бостоне был максимально приспособлен к смене настроений владельца: для каждого настроения существовала особая комната, окрашенная в подходящие тона, снабженная подходящими к случаю книгами и предметами, с соответственно подобранными освещением, температурой, звуковым оформлением и запахами.

«Я застал юношу за работой и уже по разбросанным тут и там образцам с первых же минут понял, что имею дело с подлинным, несомненным гением»

Добро и зло, красота и уродство есть узоры бесконечного орнамента и приобретают смысл лишь в связи с ним, и связь эта испокон веков обеспечивала нормальную жизнь и давала нашим предкам возможность думать и чувствовать.

Красота неотделима от гармонии и достижима лишь в идеале или в видениях, а не в бессмысленном пространстве

"Осторожность - первейшая забота учёных, часто сталкивающихся с шарлатанством и попытками мистификации".

Здесь отпрыски победившей расы процвели, разорвав узы ограничений и запретов, здесь же они сгорбились от страха, угодив в страшное рабство собственных мрачных фантазий.

Вода чернела в глубине
Подобьем ведьминской отравы
В которую кладутся травы,
Что полнолуньем налиты.
Я наклонился над обрывом
И, в нетерпении своем,
Узрел такое с высоты:
На берегу, как слизи ком,
Трон Смерти высился кичливо,
Бросая тень на все кругом...

Осмотрительность - девиз тех, кто привык то и дело сталкиваться с подлогом и шарлатанством.