Авиатрисы. Начало

Впервые за множество лет Империя и Республика готовы к мирным переговорам. Посол Республики прибывает с юной дочерью Оливией к ранее враждебным берегам, не представляя, сколько интриг и опасностей их поджидает. Судьба Оливии переплетается с судьбами незнакомцев: амбициозного Томаса Биена, любопытной журналистки Бэкки, ослепительной Эбигейл де Локк, загадочной Шаи. А также повстанцев, инженеров и, самое главное, человека, придумавшего первый в мире самолет. Узнайте, как в мире дирижаблей и поезд...

Жанры

Книга из цикла

Авиатрисы

Ами Д. Плат

4,3

(434)

Рейтинг LiveLib

4,7

76 оценок

5
82%
4
12%
3
1%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 78Хотят прочитать 223

Рецензии

acres66617 августа 2025 г.
Чужеземная принцесса, что свергнет привычные устои.
Почему я выбрала именно эту книгу, хотя жанр совсем не из тех, что я обычно читаю? Всё просто — я случайно наткнулась на конкурс рецензий и решила: «Почему бы не попробовать?» Новая книга — это всегда расширение читательского опыта, пополнение личной библиотеки и, честно говоря, желание выиграть (думаю, это близко каждому, кто участвует).
Но вот парадокс: несмотря на впечатляюще высокий рейтинг и десятки восторженных отзывов, моя оценка оказалась неожиданно низкой. Почему так вышло? Что именно не сработало для меня? Сейчас расскажу. Обещаю: подробностей будет много, но без серьёзных спойлеров.
Сюжет
Лерийская Республика и Этрийская Империя — единственные властители на континенте Элизия, которых долгие годы разъединяла вражда. Чтобы заключить мирный союз, парламент Республики отправляет посла Агенора вместе с семьёй в Империю.
Его дочь Оливию встречают с почётом: пышные приёмы, внимание со стороны двора и надежда на новую жизнь. Но за блеском балов скрываются опасности и политические интриги.
На охоте, устроенной Императором, трагически погибает её мать, а вскоре Оливия теряет и отца.
Вместо долгожданного примирения держав девушка остаётся сиротой на чужой земле, где никому нельзя доверять…
Персонажи книги
Бэкка Роан — журналистка и скептик по натуре. Она бесстрашна и готова пойти на всё ради того, чтобы добыть материал для сенсации. В вопросах профессии Бэкка может быть жестокой и даже безрассудной, ведь для неё важнее всего результат и возможность рассказать миру правду, какой бы неудобной она ни была.
Её характер вносит в повествование динамику: именно благодаря настойчивости Бэкки читатель узнаёт больше о скрытых интригах и революционных действиях. Однако многие её поступки выглядят неправдоподобно: героиня всю книгу бегала, собирала информацию, но в итоге так и не довела статью до конца, испугавшись опасности. Это делает её поведение противоречивым и иногда даже отталкивающим.
При этом роль Бэкки оказалась для меня куда интереснее, чем у большинства остальных персонажей. Казалось, что именно в ней можно было раскрыть образ сильной женщины, которую обещала эта книга, но в результате её сила так и осталась на уровне задумки.
Юджин Левикот — следователь Имперской полиции, человек с тёмным прошлым, о котором никто не знает. Он берётся за дело об убийствах молодых девушек и подходит к расследованию максимально ответственно. В книге он заявлен как искусный манипулятор, одиночка, привыкший действовать самостоятельно.
Но на деле его образ оказывается противоречивым. Автор просто сообщает читателю, что именно Левикот раскрыл дело, но сам процесс расследования — его наблюдения, логика и внутренний ход мыслей — остаются за кадром. Это лишает персонажа глубины и той харизмы, которую ему приписывают. Более того, неожиданное появление у него помощника Томаса выглядит нелогично: герой, привыкший работать один, вдруг берёт напарника, который по факту ничего не делает.
Отдельно выбивается сцена с избиением журналистки: сильный и принципиальный следователь ведёт себя так, словно забывает о своей «крутости» и профессионализме, а сама героиня, вместо того чтобы дать отпор, предпочитает молчать. В результате образ Юджина выглядит не цельным, а собранным из противоречивых деталей, которые не складываются в живого героя.
Оливия — дочь посла Республики Агенора, прибывшая в Империю вместе с родителями для заключения брака, который должен был стать выгодным союзом двух держав. В начале книги она представлена как наивная и доверчивая девушка, верящая в лучшее и искренне надеющаяся, что способна изменить мир.
Однако после гибели родителей её образ буквально рассыпается. Вместо развития характера и внутренней силы, которую могла бы показать героиня, мы получаем абсолютно «пустого» персонажа. Оливия действует хаотично, её мысли противоречивы и несвязны: она перескакивает с одного на другое, и создаётся впечатление не просто наивности, а полной растерянности и нелогичности. Особенно это заметно в её отношениях: симпатии к другим героям появляются внезапно, словно «по щелчку», без намёка на постепенное развитие чувств.
В итоге персонаж, который должен был стать центральной фигурой истории, оказался самым слабым звеном. Да, я понимаю её важную роль в сюжете, но воспринимать её как движущую силу, изменившую мир, у меня не получилось. Особенно странным выглядит момент, когда Оливия «вдруг» становится инженером и механиком, создающим самолёты, лишь потому что почитала несколько книг. Чтобы читатель действительно поверил в её умственные способности и талант, стоило уделить этому больше внимания и раскрыть её путь, а не ограничиваться парой абзацев.
Томас Биен — старший аудитор Министерства юстиции и давний друг Бэкки, к которому она уже давно испытывает чувства. На протяжении всей книги он представлен как трудоголик, целиком поглощённый карьерой и стремлением добиться успеха. С этой задачей он справляется уверенно, но как литературный персонаж Томас оставляет вопросы.
Ему уделено достаточно много внимания, почти столько же, сколько и Оливии, однако смысл его присутствия остаётся неясным. Даже если убрать его из книги, глобально в сюжете ничего бы не изменилось. Его история словно идёт параллельно основной линии и плохо встраивается в общую канву.
Из-за поверхностного раскрытия характера Томас остаётся плоским и самым неинтересным героем. Несмотря на обещание показать его значимость, он так и не стал живым персонажем, а выглядел лишь как дополнительный, но ненужный элемент повествования.
Подача и стиль автора
Хотя книга не пришлась мне по душе, стоит сказать о стиле автора. Он отличается простотой и лёгкостью: нет длинных, перегруженных смыслом абзацев, и благодаря этому повествование читается быстро и не вызывает усталости.
Эмоции во время чтения
Начало (главы 1–15)
С первых страниц я заметила, что автор часто создаёт эмоциональные скачки ради эффекта, но без обоснования. Это делает поведение персонажей нереалистичным: они меняют своё мнение о других буквально за пару страниц, хотя в жизни так не бывает.
Сюжет тоже подаётся фрагментарно: нас не погружают постепенно, а словно «вкидывают» факты и утверждения без объяснения. Из-за этого начало книги давалось мне тяжеловато, не удавалось погрузиться в историю.
Середина (главы 16–30)
В середине книги я окончательно запуталась в сюжете. Казалось, что это отдельные рассказы разных персонажей, которые не связаны между собой. Лишь позже линии начали пересекаться, но при этом осталось слишком много вопросов.
Например, в первой главе есть сцена с Бэкки, за которой кто-то бежал, — но к концу книги это так и не имеет значения. Зачем тогда была дана эта сцена? То же самое с Томасом: долго было непонятно, почему именно он стал помощником следователя и зачем вообще нужен.
Основная интрига — вражда держав и упоминание революции — остаётся на втором плане. Это лишь фоновые факты, которые мельком вбрасываются, но так и не складываются в цельную картину.
Кроме того, некоторые сцены словно «пропущены»: нам говорят, что персонажи что-то обсудили или сделали, но сам процесс нам не показывают. Так было, например, с разговорами Эрика и Оливии или с расследованием Бэкки об убийстве императора. Из-за этого эмоционально вовлечься было сложно. Герои иногда меняются «по щелчку пальца», как Оливия, — но причин этих перемен нам не раскрывают.
Конец (главы 31–46)
Финал книги оказался стремительным: события пролетели так быстро, что у меня не осталось времени прочувствовать ни трагедии, ни радости. Всё вновь подаётся как факт, без деталей и эмоций.
Даже ключевые моменты и важные линии — например, про самолёты и их проектирование — остаются нераскрытыми. В итоге создаётся впечатление, что книга состоит в основном из диалогов, которые не несут глубокой смысловой нагрузки. К тому же в конце все персонажи словно «слились воедино»: их эмоции стали одинаковыми, и различить характеры было трудно.
Тем не менее, концовка мне понравилась больше всего. Она воспринималась легко, выглядела логичной и завершённой. Именно за финал, который хотя бы немного заинтересовал, я поставила книге вторую звезду.
Сильные стороны книги
Сам сюжет в целом выглядит интересным: если разобрать ключевые моменты и повороты, то видно, что они продуманы. Но лично для меня они остались слабо раскрытыми. Не хватало мелких деталей, описаний действий и эмоций, чтобы прожить происходящее вместе с героями. Многие события показаны лишь как факт, без возможности прочувствовать их.
На протяжении всей книги не покидало ощущение, что существует масштабная, продуманная история — словно большой цикл. Но её будто постарались уместить в одну книгу, сильно ужав содержание. В результате мы получили только основные повороты и немного диалогов, а всё остальное осталось за кадром.
Иногда создавалось впечатление, что это скорее набросок сценария для сериала: нам обозначили ключевые опоры сюжета, но без глубины и наполнения.
Слабые стороны
Нереалистичность поведения героев. Дружба между Эбигейл и Оливией появляется буквально из ниоткуда — и вот они уже лучшие подруги. Подобные резкие перемены кажутся надуманными.
Эмоциональная непоследовательность. Герои постоянно «скачут» от одного чувства к другому. Например, Оливия: сначала восхищается Эриком, затем через пару строк горюет о родителях, обвиняет революционеров в смерти отца, а чуть позже радуется поддержке повстанцев. Такое поведение выглядит нелогичным и нераскрытым.
Поверхностное описание событий. Часто нам преподносят факты уже «постфактум». Например, Оливия приезжает на бал — и тут же оказывается, что он почти закончился. Всё её участие сводится к одному танцу, а объяснение, что она приехала позже, появляется уже после. Из-за этого трудно погрузиться в происходящее и понять хронологию.
Отсутствие глубины сюжета. На протяжении книги упоминается вражда Республики и Империи, но причины конфликта так и не раскрываются. Многие сюжетные линии подаются обрывками, будто с большими «дырами» в повествовании. Яркий пример — история с пленом Оливии: сначала она захвачена, а потом внезапно свободна, и нам дают всего пару предложений вместо полноценного раскрытия.
Слабые диалоги. Разговоры между персонажами очень короткие и поверхностные, они редко раскрывают характеры или мотивацию. Иногда герои решают важные вопросы всего за несколько фраз — как в случае с беседой Оливии и Бэкки. Читателю остаётся только принять результат, но не увидеть сам процесс.
Расследование без деталей. Следователь представлен как «очень крутой профессионал», но сам процесс расследования мы не видим. Его допросы и поиск улик проходят быстро и формально, нам лишь сообщают о результатах, без вовлечения в сам ход расследования.
Итог
Я прекрасно понимаю, что взялась за эту книгу в первую очередь из-за конкурса. Конечно, редко выигрывают рецензии с отрицательной оценкой, но я всегда стараюсь честно высказывать своё субъективное мнение. Моя критика никак не направлена против автора — видно, что в историю вложено много труда и идей. Просто, вероятно, это не мой жанр и не моя подача сюжета, поэтому «коннекта» с книгой у меня не произошло.
При этом я не призываю делать выводы только на основе моего отзыва. У всех разные вкусы и предпочтения в литературе, поэтому приглашаю вас прочитать книгу и составить своё собственное мнение. А если вы со мной не согласитесь и захотите поспорить — я всегда рада дискуссии.
Читать далее
86
834
reader-1148037428 сентября 2025 г.
Стимпанк как оправдание лени
Ами Д. Плат в своем приквеле "Авиатрисы. Начало" рассказывает о том, "как в мире дирижаблей и поездов на паровой тяге началась эра авиатрис" и о "человеке, придумавшем первый в мире самолет". К сожалению, авторский энтузиазм в создании стимпанк-вселенной сочетается с поразительным пренебрежением к реальной истории авиации, что превращает роман в коллекцию исторических несуразностей под соусом из пара и шестеренок.
Авиационная "альтернативная история" без знания истории
Автор работала в авиастроительной компании, что делает ее вольности с авиационной историей еще более озадачивающими. В мире, стилизованном под рубеж XIX-XX веков, героям удается создать "сверхлегкие истребители", которыми могут управлять только избранные девушки 16 лет. Видимо, Плат забыла, что первые самолеты братьев Райт с трудом поднимались в воздух на несколько минут и требовали от пилота недюжинной физической силы.
В реальности первые авиаторы были исключительно мужчинами не из-за дискриминации, а потому что управление примитивными летательными аппаратами требовало серьезных физических усилий. Рычаги управления были тугими, вибрация — чудовищной, а посадка больше напоминала контролируемое падение. Первые женщины-пилоты появились только в 1910-х годах, когда техника стала более совершенной.
Стимпанковые фантазии против инженерной логики
Мир Плат изобилует дирижаблями и паровыми поездами, но совершенно игнорирует технологические ограничения эпохи. Если общество еще не освоило двигатель внутреннего сгорания в достаточной мере для массового использования автомобилей, откуда взялись "сверхлегкие истребители"? Первые самолеты были крайне ненадежными именно из-за несовершенства двигателей — паровые машины слишком тяжелы, а бензиновые моторы только появлялись.
Автор создает мир, где технический прогресс развивается исключительно в угоду сюжету: есть продвинутая авиация, но нет радио, есть точная механика, но сохраняется социальный строй середины XIX века. Это не альтернативная история, а технологическая солянка.
Социальные анахронизмы
Плат помещает в свой мир мирные переговоры между Империей и Республикой, дипломатов и журналистов, но совершенно не учитывает реалии эпохи. Массовый призыв девушек в военную авиацию в обществе, стилизованном под начало XX века, выглядит абсурдно. В то время женщины только начинали бороться за избирательные права, а тут их отправляют в небо на смертельно опасных машинах. В реальности женщины-суфражистки боролись за право кататься на велосипеде без осуждения публики. Да, были Лидия Зверева, Любовь Голанчикова, Гарриет Куимби и другие, но это не было массовым явлением. Куимби кстати погибла в авиакатастрофе через год после получения удостоверения пилота.
Идея о том, что 16-летние девушки могут быть лучшими пилотами, также лишена логики и здравого смысла. В реальности даже сегодня пилоты истребителей проходят многолетнюю подготовку и начинают службу не раньше 20-25 лет. Физические и психологические нагрузки требуют зрелости, а не юношеской гибкости.
Во времена Второй Мировой, когда самолеты были значительно более совершенными, а военная авиация - развитым родом войск, бытовало мнение что японские пилоты не смогут состязаться с американцами из-за перегрузок во время боя. Японцы развеяли эти заблуждения но сам факт того, что под сомнения ставились физические кондиции стойких "самураев" не оставляет авиатриссам шансов.
Романтизация войны и техники
Автор создает "атмосферу 19-го века" с "механическими процессами, паровыми двигателями и ретрофутуристической эстетикой", но это поверхностная стилизация, лишенная понимания духа эпохи. Первые авиаторы были отчаянными экспериментаторами, рисковавшими жизнью ради нескольких секунд полета, а не элитными воинами на совершенных машинах.
Плат романтизирует и войну, и технику, создавая конфетный мир, где страшная реальность раннего периода авиации превращается в приключенческий роман для подростков. Настоящие пионеры авиации гибли от технических неисправностей, падений и взрывов гораздо чаще, чем от вражеских пуль. До старости люди, первыми "покорившие небо", если и доживали то инвалидами из-за обилия тяжелых травм. А если еще изучить историю "воздушных цирков", где с ежедневным риском для жизни пионеры воздуха пытались заработать себе на хлеб, вообще становится как-то не до романтики.
Стимпанк как оправдание лени
Жанр стимпанка дает авторам большую свободу в обращении с историей, но не освобождает от необходимости создавать внутренне логичный мир. У Плат получается не альтернативная история, а фэнтези в костюме XIX века. "Стимпанка здесь не так много. В остальном мир похож на наш на рубеже XIX-XX веков" — замечает один из рецензентов, но этого "остального" катастрофически недостаточно для убедительности.
Вердикт: красивая картинка без содержания
"Авиатрисы. Начало" — это книга для тех, кого не смущают исторические несуразности и технологические нелепости. Читатели отмечают "атмосферный и детально прописанный мир", но детальность эта чисто декоративная — как бутафорские шестеренки стимпанк-костюма на фестивале косплея.
Читать далее
82
296
VashaDasha9215 мая 2025 г.
«Авиатрисы. Начало» — это не просто стимпанковский роман, это погружение в альтернативную историю с паровыми машинами, дирижаблями и едва начавшейся эрой самолетов.
Мир книги разрывается между Империей и Республикой, но на горизонте — надежда на мир и сотрудничество.В этом мире власть и революция, дым заводов и тайные ячейки переплетаются в нервной предвоенной тишине.
Прелесть романа — в деталях: язык, манера говорить персонажей, образы улиц, запах каналов, даже фонари — все дышит реальностью.
У романа много героев, и каждый важен: кто-то борется за свободу, кто-то за правду, кто-то за справедливость, а кто-то — за личное спасение.
Бэкка — идеальная героиня для такого мира: острая на язык, язвительная, но цепкая и неравнодушная.Ее скептицизм — антипод идеализма других, и это делает повествование особенно острым.
Шая — героиня, которую легко недооценить, но в ней прячется огонь — и тайна.
В романе чувствуется, что каждый персонаж — не только индивидуальность, но и символ своей эпохи.
Заводской рабочий, громила, журналистка, посол, повстанец, следователь — их столкновение рождает мощную драму.
Империя — как стальной зверь: она урбанистична, выхолощена, держится на дисциплине и иерархии.
Республика — мягче, органичнее, но не менее политизированная, просто с другим лицом.
Мир построен контрастно и тонко: пар и мрамор против зелени и стекла, контроль против идеи.
Технологии — не просто антураж, а движущая сила сюжета: зарождение авиации — символ перемен.Заговор, шпионаж, убийства — вторая сюжетная линия держит в постоянном напряжении.Сцены допросов и расследования по-настоящему пугающие: не кровью, а психологическим давлением.
Следователь Левикот — один из самых харизматичных и жутких героев, его методы пугают, но захватывают.
Подполье в романе не романтизируется — оно показано честно: наивность, страх, фанатизм.
Переход к главе об Оливии — смена ритма, дыхание моря, другая интонация, но все равно с нарастающей тревогой.
Удивительно, как автор соединяет «девичьи» сцены примерки платьев с идеями революции — и делает это органично.
Оливия — героиня будущего: образованная, идеалистичная, но не наивная.Через нее показано, что мир меняется не только пушками и бомбами, но и ценностями, выбором, доброй волей.Присутствует ясное ощущение надвигающегося большого перелома — и он придет не извне, а изнутри.
Очень сильна тема предчувствия: герои чувствуют, что нечто надвигается, но не знают, что именно.
Структура книги дает пространство — от бара до дворца, от железнодорожного вокзала до морского порта.
Линии сливаются: и допросы, и политические интриги, и женская дружба, и новые технологии становятся частью общего движения.Роман говорит о том, что перемены начинаются с идей — и с людей, которые осмелились их провозгласить.Это обещание: грядет буря, и каждый должен будет сделать выбор.
Книга берет за живое — тем, как соединяет личное с глобальным, утопическое с грязным и реальным.
Читать далее
53
10,6K

Все рецензии

Цитаты

LiterRoom18 мая 2025 г.
На кону будущее наших детей, их счастье и озорной блеск в глазах. В мире нет ничего важнее.
2
241
LiterRoom18 мая 2025 г.
Наша задача – защитить мир и спокойствие в Империи. Если цена этому – война, так тому и быть!
2
171
Narykova23 июля 2025 г.
В Республике танцы были совсем другими — веселыми уличными плясками, хороводами. Здесь же под медленную музыку ее пробивала дрожь: от чувственных касаний, прикованных только к ним глаз, множества кружащихся огней.
1
217