Мир-фильтр. Как алгоритмы уплощают культуру

Кайл Чейка, известный американский журналист и критик, в своей книге «Мир-фильтр» рассматривает то, как алгоритмы влияют на повседневную жизнь, незаметно формируя наши личные вкусы, привычки и мировоззрение. Настоящий манифест о важности сохранения индивидуальности, человечности и креативности в цифровую эпоху! Интернет с его рекомендательными алгоритмами захватил человечество. Каждый из нас живет в сглаженном и, по сути, обезличенном мире, пропущенном через фильтры. Алгоритмы определяют, каки...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

38 оценок

5
13%
4
50%
3
29%
2
5%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 46Хотят прочитать 110

Рецензии

ELiashkovich4 февраля 2025 г.
Как же сильно я ждал эту книгу. И как же сильно я в ней разочаровался.
Основной тезис Кайла Чейки формулируется так: алгоритмическая выдача современных интернет-сервисов (Facebook, Instagram, YouTube, Spotify, Netflix) "уплощает" культуру. Логично, что после такого автор должен доказать как минимум два утверждения: во-первых, что современная культура действительно "уплощена" (что бы это ни значило), во-вторых, что в этом виновата алгоритмическая выдача.
На первой же задаче, как по мне, автор сыплется. Вместо того, чтобы доказать "уплощение" культуры через какую-то внятную статистику, он пускается в обывательские рассуждения в духе "раньше трава была зеленее". Дескать вот, сейчас все подстраиваются под доминирующие тренды, культура из-за этого стала слишком однородной, а вот раньше, а вот до интернета... Причем местами Чейка сам же себе противоречит: в одном месте он жалуется на "однородность" культуры, а в другом — что алгоритмы поощряют "радикализм культурных высказываний" (с.238). От книжки о технологиях ждешь чего-то большего, ждешь данных. Тут же просто идут оценочные суждения, но надо понимать, что на уровне оценочных суждений современники критикуют свою культуру ВСЕГДА — даже во времена Пушкина, Лермонтова и Гоголя выходили алармистские статьи о том, что русская литература в глубоком кризисе.
Чтобы не быть совсем уж голословным, Чейка все-таки разбрасывает по тексту несколько признаков "уплощения" (правда, информация эта не структурирована, ее надо выискивать). Но практически все эти тезисы мне тоже кажутся неубедительными. Так, автор критикует современную культуру за "подражательность", в частности, упоминая моду на сиквелы в кино и каверы в музыке. Неплохой заход, вот только подражательность эта была всегда: и сиквелы появились задолго до соцсетей, и в литературе после успеха "Парижских тайн" Эжена Сю вышли "Тайны" всех мало-мальски заметных городов, и "Таню Гроттер" даже можно тут припомнить. Копировать успешную стратегию — это часть человеческой природы, это было в нас за тысячи лет до соцсетей.
Дальше автор говорит, что современная культура стала "менее глубокой". С этим многие согласятся, но опять же — в таком формате это чисто оценочное суждение, я не знаю, как это проверить. Есть сейчас, конечно, бессмысленные рэп-композиции с рефреном из полутора слов (хотя этого добра и до соцсетей хватало), но все еще выходят и глубокие фильмы, и глубокие книги. Следом Чейка пишет, что современное произведение стало короче — и вот это уже прямая ложь, средний роман стал почти на 80 страниц толще (а самое смешное, что толще он стал, по мнению литературоведов, в том числе... под влиянием соцсетей!)
Говорит Чейка и о том, что культура перестала быть великой, что она больше не генерирует смыслов, не вызывает серьезных общественных дискуссий и не меняет мир. Вот с этим сложно спорить. Если "Хижина дяди Тома", по легенде, стала толчком к отмене рабства в США, а "Страдания молодого Вертера" привели к волне самоубийств, то современное искусство, конечно, такого влияния уже не имеет. Но кто сказал, что дело в соцсетях? Влияния этого нет уже давно, где-то с 1945 года. Теодор Адорно был прав со своим "Нет стихов после Освенцима" — не в том смысле, что писать стихи больше нельзя, а в том смысле, что они утратили свой сакральный смысл. Если в XIX веке, известном своей непоколебимой верой в прогресс, творцы уровня Гюго и Толстого реально считались какими-то пророками, которые к этому прогрессу всех и приведут, то Первая и Вторая мировые войны этот статус сильно поколебали. Выяснилось, что представителям самой начитанной нации эта самая начитанность ничуть не мешает сжигать людей, а значит, ни к какому улучшению нравов и ни к какому прогрессу культура не ведет. Культура перестала быть "учительницей жизни" и откатилась к уровню обычного развлечения, где сейчас и находится.
В чем Чейка однозначно прав, так это в том, что алгоритмическая выдача нуждается в некотором регулировании. Тут он вспоминает кейс девочки Молли Расселл, которая лайкнула пару фото суицидальной тематики, после чего алгоритм накидал ей целую ленту депрессивных материалов и через некоторое время девочка покончила с собой. Глава об этом довольно убедительна — вот только непонятно, как это все относится к культуре. Вообще, Чейка частенько начинает рассуждать не столько о заявленной в заголовке теме, сколько об общем вреде соцсетей (причем там он более фактурен — например, упомянутое им снижение концентрации у современного человека действительно подтверждается исследованиями).
Из плюсов отмечу хороший перевод и качественную главу о том, почему вообще появилась алгоритмическая выдача. Из катастрофического отмечу последнюю главу, где автор вообще забил на основную тему и развернул какой-то автофикшн о своих любимых музыкальных группах и о том, как он в 90-е качал их треки с торрентов.
3/5. Очень сомнительная методология, не считаю практически ни один тезис доказанным.
Читать далее
25
423
hippified22 февраля 2025 г.
Фильтруй контент
Представьте, что вы заходите в ваше любимое приложение для чтения книг. Что вы там видите первым делом? Топ-10 за неделю или список бестселлеров. И, разумеется, главнейшее желание – потыкать в те новинки, что так зашли аудитории. Но вряд ли вы задумывались о том, каким образом эта выдача осуществляется и реально ли эту литературу сметают с виртуальных полок. То же самое делают офлайновые книжные со своими "пирамидами" во входной зоне (якобы топ продаж).
Журналист Кайл Чейка ставит цель рассмотреть работу алгоритмов социальных сетей и любых рекомендательных сервисов, облегчающих наше плавание в бесконечных потоках информации, но его интересуют скорее не технические детали (их тут не так много), а в широком смысле картина мира, которую алгоритмы создают, и превращение человека ищущего и интересующегося в потребителя, который ест, что дают.
Это явление сложно осмыслить в один момент, а большинство сразу скажет: "Не, я не такой, не про меня песня!" На самом деле, конечно, про всех нас с поправками. Чрезмерное информационное "загрязнение" и переизбыток контента делает людей жертвой выдачи: не все хотят следить за графиком релизов фильмов, музыки и книг, поэтому легче отдаться "вкусу алгоритмов". Один из пользователей американского книжного сервиса в комментарии написал о том, что купил книгу, посвящённую дурящим нас алгоритмам, благодаря алгоритму, который порекомендовал эту книгу. Круг замкнулся.
В целом "мир-фильтр" – даже не проблема осознанного выбора, а вопрос обезличивания культуры и появления одного "запрограммированного" взгляда – усреднённого во всех смыслах. Сам Чейка приводит пример типовых кофеен, которые можно встретить в любом городе мира: окна в пол, одинаковый интерьер, похожее меню.
Первая часть книги вполне завлекает посылом и погружением в тему, но дальше начинаются проблемы. Чейка чрезмерно ударяется во вкусовщину и морализаторство, отстаивая мнение, что раньше было лучше, а алгоритмы пришли и всё испортили – нас и общество в целом. Появляется много отсебятины и личного опыта, которым в научпопе, при этом в столь безапелляционном ключе, делать нечего. Более того, проникают сюда и элементы политической пропаганды, никак не объясняемой, и цифрового детокса. Мол, если хочешь большой и чистой любви, просто выйди из соцсетей. Как одно с другим связано, неясно. Я, к примеру, отлично дружу с соцсетями, но при этом что читать, смотреть и слушать, решаю по списку релизов и каталогам издательств. И алгоритмы жить не мешают.
По итогу "Мир-фильтр" – отличный старт для исследования темы и размышлений над культурными изменениями, но подпорченный проседающей концепцией и чрезмерным вмешательством автора.
Читать далее
11
139
AleksejChesnakov6 февраля 2025 г.
Для тех, кто интересуется современной информационной культурой.
О чем. О работе рекомендательных алгоритмов, фильтрах, информационных пузырях. О причинах и последствиях формирования новой информационной реальности, и новой культуры.
Структура.
6 глав.
Взлет алгоритмических рекомендаций.
Разрушение личного вкуса.
Алгоритмическая глобализация.
Экономика инфлюэнсеров.
Регулирование Мира-Фильтра.
В поисках человеческого курирования.
Почему интересна. Описываются плюсы и минусы новой информационной среды, общего и индивидуального «контентного капитала», культуры, формируемой алгоритмами, их роль для общения и поведения, принятия решений, формирования индивидуальных вкусов и собственного Я, и пр. О том, почему многие ненавидят алгоритмы, но вынуждены ими пользоваться. О том, как работает экономика внимания (или уже не только экономика).
Для кого. Для тех, кто интересуется современной информационной культурой.
Уровень. Новички, любители.
Читать далее
6
123

Все рецензии

Цитаты

ELiashkovich1 февраля 2025 г.
Появление Мира-Фильтра привело к уходу в монокультуру. У неё есть определённые преимущества (теперь мы можем потреблять более широкий спектр медиа), однако имеются и минусы. Культура должна быть коллективной; она требует определенной степени согласованности между аудиториями; без такой общности она теряет часть своего существенного влияния.
4
69
Inku22 июля 2025 г.
Для Беньямина само обладание этими книгами формировало его личность как читателя, писателя и человека – даже если он не все прочел. Они гордо стояли на его полках как символы, олицетворяя знания, которые он все еще стремился получить, или города, в которых он бывал. Накапливание книг – его способ взаимодействия с миром, метод формирования мировоззрения.
3
48
ivankozhyshniy3 марта 2025 г.
на картину нужно смотреть столько времени, сколько потребовалось художнику, чтобы её написать
2
15