Цитаты из книги To kill a Mockingbird

Мужество - это когда заранее знаешь, что ты проиграл, и все-таки берешься за дело и наперекор всему на свете идешь до конца. Побеждаешь очень редко, но иногда все-таки побеждаешь.

Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, - это его совесть.

Пока я не испугалась, что мне это запретят, я вовсе не любила читать. Дышать ведь не любишь, а попробуй не дышать...

Люди обычно видят и слышат то, что они хотят увидеть и услышать...

А не обязательно выставлять напоказ все, что знаешь... людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их.

Одни только дураки гордятся своими талантами.

Если ты человек вежливый, говори с другими не про то, что интересно тебе, а про то, что интересно им.

Иногда мне кажется, что я никуда не годный отец, но, кроме меня, у них никого нет. Прежде чем посмотреть на кого бы то ни было, Джим смотрит на меня - и я стараюсь жить так, чтобы всегда иметь право в ответ смотреть ему прямо в глаза... А если я пойду на такое попустительство, я уже не смогу спокойно встретить его взгляд, и с этой минуты он для меня потерян. Я не хочу терять его и Глазастика, ведь, кроме них, у меня ничего нет.

А не обязательно выставлять напоказ всё, что знаешь. Женщине это не к лицу. И, во-вторых, людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их. Они сердятся. Хоть и говори сам правильно, а их не переменишь, для этого им надо самим научиться, а уж если они не хотят, ничего не поделаешь: либо держи язык за зубами, либо говори как они.

Пересмешник - самая безобидная птица, он только поет нам на радость. Пересмешники не клюют ягоды в саду, не гнездятся в овинах, они только и делают, что поют для нас свои песни. Вот поэтому убить пересмешника - грех.

Чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой.

Просто есть такие люди, они… они чересчур много думают о том свете и потому никак не научатся жить на этом.

"Понимаешь, Глазастик, есть люди, в руках которых Библия опаснее, чем бутылка виски в руках твоего отца"

Опять, как в нашей церкви, я услыхала, что женщины грешны и нечисты, – видно, все священники только об этом и думают.

Почти все люди хорошие, когда их в конце концов поймешь.

Если у вас кто-нибудь умер, соседи приносят вам поесть, если кто-нибудь болен - приносят цветы, и так просто иной раз что-нибудь подарят. Страшила был наш сосед. Он подарил нам две куколки из мыла, сломанные часы с цепочкой, два пенни на счастье - и еще он подарил нам жизнь. Но соседям отвечаешь на подарок подарком. А мы только брали из дупла и ни разу ничего туда не положили, мы ничего не подарили ему, и это очень грустно.

Ничего нет хорошего, когда приходится кого-то ненавидеть.

- А я, когда вырасту, наверно, стану клоуном, - сказал Дилл. Мы с Джимом от удивления стояли как вкопанные. - Да, клоуном, - сказал он. - Ничего у меня с людьми не получается, я только и могу, что смеяться до упаду. - Ты все перепутал, Дилл, - сказал Джим. - Сами клоуны грустные, а вот над ними все смеются. - Ну и пусть, а я буду другой клоун. Буду стоять посреди арены и смеяться всем в лицо.

Когда ребенок о чем-нибудь спрашивает, ради всего святого, не увиливай, а отвечай. И не заговаривай зубы. Дети есть дети, но они замечают увертки не хуже взрослых, и всякая увертка только сбивает их с толку.

Понимаешь, малышка, если кто-то называет тебя словом, которое ему кажется бранным, это вовсе не оскорбление. Это не обидно, а только показывает, какой этот человек жалкий. Так что не огорчайся, когда миссис Дюбоз бранится. У неё довольно своих несчастий.