О пользе лени: Инструкция по продуктивному ничегонеделанию

Современное поколение детей может оказаться первым, имеющим более низкую ожидаемую продолжительность жизни по сравнению с предыдущим. Эпидемиологических и клинических подтверждений этому хоть отбавляй, а первопричина довольно проста: каждый день детям нужно проводить несколько часов на улице – бегать с друзьями, играть, бездельничать, – а у них расписан каждый шаг навязанными родителями заданиями, уроками и походами в гости. Полуфабрикаты заменяют им полноценную еду, видеоигры – внутренний мир, и дети толстеют и грустнеют.

Американцы привыкли принимать собственную эксплуатацию за норму. Пребывая под гнетом долгов с момента окончания вуза, они соревнуются в привилегиях работы без оплаты.
Если есть что-то хуже работы за зарплату, так это работа без оплаты. Штука в том, как создать настоящее посттрудовое общество, которое поистине освобождает человеческий дух. Хотя путь к нему неочевиден, я верю, что ответы роятся в миллиардах праздных умов, и самому выдающемуся из нас еще предстоит осознать, что в действительности нам нужно остановиться, нам нужен отдых, бесценная возможность не делать вообще ничего.

Недавно колумнист New York Times Росс Дузет написал эссе «Мир без труда» (A World Without Work). «Представьте, — предложил он, — как это часто делали утописты XIX века, что общество достигло такого уровня богатства, что все меньшему количеству людей требуется работать. В этом обществе праздность стала доступна всем, частичная занятость заменила рабочую неделю, а качество жизни продолжает расти, несмотря на то что все больше людей покидает рабочие места. Будь такая утопия возможна, следовало бы ожидать, что она начнется с высших слоев общества и постепенно распространится вниз по социальной лестнице».

Вспомните финансовый кризис 2008 года. Почему банки устроили такое бедствие? Они производили деньги из воздуха, сдавали их несчастным заемщикам, а когда те перестали выплачивать липовые деньги, вынудили платить правительство. Банки нарезали долг на микроскопические кусочки, в случайном порядке сложили некоторые из них вместе и продавали долги друг другу, создав огромную сплошную паутину деривативов и кредитно-дефолтных свопов. Почему никто не предвидел кризис? Потому что люди перестали верить в провал. Чем больше мы верим в невозможность неудачи, тем верней она нагрянет. Это первый закон предсказаний Артура Кларка: «Когда выдающийся, но уже пожилой ученый заявляет, что какая-либо идея осуществима, он почти всегда прав. Когда он заявляет, что какая-либо идея неосуществима, он, вероятнее всего, ошибается».