Родня: жизнь, любовь, искусство и смерть неандертальцев

Ребекка Рэгг Сайкс, британский ученый с огромным опытом в области археологии палеолита, показывает неандертальцев в новом свете, отбросив стереотипные представления об одетых в лохмотья дикарях, шагающих по ледяной пустыне. Они предстают перед нами любознательными знатоками своего мира, изобретательными и легко приспосабливающимися к окружающим условиям.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

51 оценка

5
51%
4
29%
3
12%
2
6%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 51Хотят прочитать 130

Рецензии

red_star
10 марта 2025
Брат ты мне или не брат?
Эмоционально насыщенная книга про неандертальцев. Автор принимает их близко к сердцу и считает это важным, тем, что дает ей большее право про них рассказывать. Несколько необычный тон в научно-популярной книге, но почему бы и нет? За пределами эмоций мы видим cutting edge наших знаний о ненадертальцах (можно считать идиому намеренным каламбуром, потому как отщепам, режущему краю и техникам изготовления бифасов будет уделен не один десяток страниц), что откровенно интересно, ведь восприятие наше сильно изменилось благодаря генетике и удивительно тщательному повторному исследованию артефактов.
Удивление мое от книги распалось на три больших блока. Во-первых, автор постоянно подтверждает мою мысль (какое приятное чувство совпадения, иногда галантерейщиком и не очень зазорно быть), что старые находки надо постоянно заново воспринимать. Я, правда, люблю рассуждать на эту тему о римлянах и их модерности, но к неандертальцам это, оказывается, подходит с той же степенью верности. Новые методы и сумма накопленных знаний позволяют из найденного в XIX веке извлечь в несколько раз больше информации, чем это было возможно тогда, не чудо ли? А новые находки в неповрежденных слоях сулят удивительные открытия, ведь так можно не утратить то, что раньше казалось шелухой. Да здравствует прогресс в науке!
Из первого восторга непосредственно следует второй. Вал находок и открытий постоянно гуманизирует неандертальцев – они потеряли все негативные черты низшей расы, коими их наделяли в более неполиткорректные времена, и стали людьми, лишь чуть отличающимися от нас. Более того, то, что в нас есть заметный процент их генов, говорит о том, что межвидовое скрещивание было возможным и важным, поэтому их анатомические отличия перестают быть признаком инаковости и почти становятся частью нашей видовой изменчивости, просто популяция, которая несколько сотен тысяч лет жила изолировано от плавильного котла Африки, где в метапопуляции выковался человек разумный.
Повышенное внимание к неандертальцам вызвано и тем, что они вымерли, и тем, что они в основном обитали в Европе (французы с немцами в XX веке активно пикировались из-за ненадертальцев, так как часть находок происходят из Эльзаса и Лотарингии, за которые шел принципиальный территориальный спор). Прелесть современного подхода в том, что несколько сотен тысячелетий жизни неандертальцев показаны на фоне меняющегося климата, который успел несколько раз уехать то в оледенение, то межледнековье, и к этим скачкам они довольно успешно адаптировались. Открытия и системный подход автора рисуют людей, которые сначала привыкли и расселились, а потом, около 150 тысяч лет назад, начали довольно заметно прогрессировать в технологиях и общем развитии. Несмотря на страшную древность всего этого и необходимость применения научной эквилибристики, с изрядной долей вероятности можно полагать, что у них были святилища, некоторые способы захоронения (включая канибалистические ритуалы), уход за увеченными и стариками, явный интерес к птичьим перьям (черным) и когтям орлов, тяга к пигментам и раковинам. Это в известной мере возвращает нас как минимум к одному из вариантов восприятия неандертальцев конца XIX – начала XX века: к кому-то вроде американских индейцев или австралийских аборигенов. Но в неандертальцах поражает именно страшная древность всего этого, хотя последние находки нашего вида вроде бы и удревняют нашу линию примерно на такой же период, но в Европе мы-то появились всего около 40 тысяч лет назад. После чего неандертальцы исчезли.
И тут меня настигло третье удивление. Ведь что же получается, выходит, что мир, нарисованный Толкиеном, в чем-то удивительно похож на то, что было здесь и тогда? Мир, в котором было несколько рас разумных существ, как минимум четыре одновременно? Люди, неандертальцы, «хоббиты» в Индонезии, денисовцы? Войны и взаимодействие, перенос генов и оставшийся только один победитель? Как и с мегафауной , человек вызвал вымирание, прямо или не очень прямо. Жутковатая у нас линия развития.
Принятая теперь концепция полигенеза вроде бы снимает часть ответственности, мол, не вымерли, а оставили свои гены нам, общим потомкам, но как-то это все равно мрачно. А сама эта концепция крайне интересна тем, что веет от нее чем-то, что любил Трофим Денисович Лысенко (скачки из вида в вид, например). И в этом тоже есть своя прелесть, научная идея, отвергнутая в одно время на одном уровне науки, может вернуться в другом изводе с новыми знаниями (и без политической составляющей). Пути, как известно, неисповедимы.
А в сухом остатке то, что люди почему-то очень любят древние тайны, гробницы и вымершие расы. И наука позволяет все это найти, даже если для прикрытия надо все это называть несколько иначе.
P.S. В книге нашлась и маленькая ложка клюквы. Автор сначала иронизирует над известным эпизодом, когда неандертальца приняли за скелет укрывшегося в пещере казака времен наполеоновских войн, а потом сама в той же манере представляет себе темный мрачный бункер где-то в России, где спрятаны пропавшие во время войны части скелета неандертальца.
Читать далее
50 понравилось
3
517
Andrey_Rese
31 января 2023
Сложная простота
Легко читаемая сложная книга. Большой объем хорошо структурированной интересной информации. Но, если вы ожидаете что-то типа Борьбы за огонь , не тратьте свое время. Это научная книга. Чтение таких книг может быть эффективным средством против тяжелых расстройств восприятия информации, например, таких как клиповое мышление. Несколько раз в год нужно делать над собой усилие и читать что-то большое, сложное и желательно научное. "Родня" идеальный пример такого текста.
Книга нагружена (но не перегружена) большим объемом специфической научной информации, в ней используется много (но не избыточно) специальной терминологии. Требуется держать в уме много географических названий и не забывать привязывать события к временной шкале в 400 000 (четыреста тысяч!) лет. Но все это стоит усилий.
Чтение доставляет удовольствие, в первую очередь тем, что автору удалось расширить границы восприятия. Выполненная под руководством автора попытка взглянуть на мир широкими глазами неандертальца впечатляет. Книга предлагает взглянуть на обнаруженные «факты» изнутри природы, а не с привычной для нас точки зрения стоящего над природой потребителя и захватчика. И тогда там, где на наш «сапиенсовский» взгляд однозначно было убийство с расчленением и каннибализм, вполне могли быть благодарность, горе и посмертная забота о теле.
В книге много любви, доброты и поэзии. Так и должно быть в книге про Родню.
Читать далее
19 понравилось
0
447
roxicrazy
28 февраля 2025
«Удивительно, что мы вообще хоть что-то знаем о жизни в далёком прошлом» сказал Ник Пайенсон в своей книге о китах. И, пожалуй то же можно сказать о неандертальцах. Удивительно, что мы вообще хоть что-то о них знаем. Найти их кости, следы или инструменты - это уже чудо. А уж восстановить контекст - чудо втройне. А восстановить контекст правильно, как мне кажется, дело практически невозможное. Но ученые делают это. Они пытаются. И, собственно, книга Ребекки Регг Сайкс именно о том, как много ученые смогли узнать и о том, как бесконечно мало мы знаем.

Кто такие неандертальцы, как они жили, чем они болели, питались, как строили взаимоотношения друг с другом и с другими видами. Об этом рассказывает читателю Ребекка Регг Сайкс. И рассказывает общечеловеческим, доступным языком, без перегруза текста научными терминами. А еще с большой любовью., это чувствуется. Текст этой книги не просто легкий, он почти художественный. Автор избегает даже указывать кто и что обнаружил при раскопках и анализах найденного, чтобы не перегружать текст. Ну разве что кроме самых первых обнаруженных костей, следов стоянок и захоронений. Но и к этим самым первым раскопкам современные учёные вынуждены возвращаться, в попытках восстановить утраченных контекст.

Следует отметить, что предположений в этой книге гораздо больше чем неоспоримых фактов. Оно и понятно, спустя тысячелетия сложно дать однозначные ответы на многие вопросы. И тем не менее кое что мы знаем. Неандертальцы вели кочевой образ жизни. Они умели разделывать туши и выделывать шкуры. Изготавливали инструменты под свои нужды и готовили еду на кострах, в качестве топлива для которого, иногда использовали не только древесину, но и бурый уголь. Они были всеядны, но предпочитали белковую пищу, богатую жирами. И, если учесть, что в нас есть кое-какие общие с ними гены, они, в каком-то смысле не вымерли.

В конце книги Ребекка Сайкс делится опасениями, связанными с деятельностью и возможностями некоторых ее коллег. И, хотя звучат эти опасения фантастично, они не так уж далеки от реальности. А в эпилоге, она говорит о том, что и мы, Homo sapiens не так уж неуязвимы, как может показаться. Наши жизни так же хрупки как и много тысяч лет назад. И лишь когда умрет последний сапиенс, прекратит существовать и последний неандерталец, пусть он всего лишь тень в крови нашего вида.
Читать далее
11 понравилось
0
80