Размышления над округлением корабельной архитектуры - 2
"Вице-адмирал Попов" и "Новгород" в Севастопольской бухте, начала 1900-х. Одна из двух фотографий, на которых оба корабля даже не одной серии, а одной идеи, находятся рядом.Вторая и последняя монография о круглых броненосцах состоит из цельнотянутого текста с Круглые суда адмирала Попова авторства Владимира Андриенко, в свою очередь еще в советское время напечатанного в журнале "Судостроение" во второй половине 1980-х плюс дополненное газетными публикациями того времени с впечатлением очевидцев и дискуссиями об уместности подобных экспериментов. Тут, видимо, самым ценным материалом является статья из "Морского сборника" №12 за 1876-й год о дискуссии в Великобритании, посвящённой поповкам, с участием тамошних кораблестроителей и парламентариев, в том числе Натаниэля Барнаби и заезжего штабс-капитана Э.Е. Гуляева, адъютанта генерал-адмирала, толкнувшего доклад о кораблях. Русский штабс-капитан топил за идею мультиплицирования размеров броненосцев, аргументируя, что можно сравнительно дешево в области водоизмещения наращивать броню и вооружения, и в ответ Барнаби на пальцах изобразил гипотетический круглый HMS Inflexible, что с английскими требованиями по 14-узловой скорости потребуется столь кратное увеличение мощности машин, что их вместе с запасами угля, броней, вооружением и прочим нужно будет утоптать в одну гигантскую тарелку диаметром в почти 100 метров и водоизмещением в почти 54 тысячи тонн, то есть в масштабах, совершенно невиданных для тогдашнего кораблестроения и достигнутых только у самых крупных линкоров Второй Мировой. Естественно, для подобного нет и подходящего дока, почему все это будет фантастикой, и принципиальный недостаток проекта в большом сопротивлении воды при движении ставит крест на все подобные попытки повторения и увеличения.
В целом, британский кораблестроитель был прав, что скорость для судна всегда была и есть одним из важнейших параметров, игнорирование которой не оправдывает выигрыш в иных областях. Поповки, при всех попытках не выжимали скоростей выше 6 узлов у первого корабля и 8.5 - у второго, так что их возможность навязать бой целям, достойным самых крупных калибров на Черном море ограничена желанием самих целей сей бой принять. А идеи посылать "Вице-адмирал Попова" и "Новгород" в крейсерство к турецким берегам наталкивались на опасения встречи с настоящими турецкими броненосцами от которых уйти при неудачно складывающимся сражении было невозможно. Сопротивление водного потока, заодно, делало крайне неуютным нахождение поповок в штормовом море, которое против волн и ветра преодолеть было почти невозможно, не хватало мощности, а маневренность обеспечивалось только игрой на машинах, с увеличением или уменьшением оборотов крайних винтов. Кстати, оба броненосца с шестью винтами до сих пор не превзойдены в числовом отношении среди военных кораблей и вряд ли когда-либо будут. Руль у броненосцев был, но явно не соответствующий размером столь необычному судну, попытка управляясь только рулем совершить полный разворот в открытом море привела к совершенно уникальному показателю - полный диаметр циркуляции занял непонятно сколько миль и 45 минут времени! То есть в бою корабль мог двигаться по-большей части только прямо, любые попытки маневров приводили к сбросу скорости и увеличении уязвимости.
Еще один сомнительный параметр - цена всей этой затеи. "Новгород" обошелся казне в 2.83 млн рублей, а "Вице-адмирал Попов" - уже в 3.26 млн. Вторая цифра - это практически равная совокупная стоимость жалования рабочим, металла, корпуса и машин одновременно строящегося броненосца "Петр Великий" исчисленная при спуске на воду, а на первую можно было вооружить броненосец и заказать броню у англичан, и еще на сдачу осталось бы. То есть две поповки стоили нам как полноценный броненосец при несопоставимой боевой значимости. Но в то же время, построить "Петра" на Черном море мы не могли, не было соответствующей инфраструктуры, а обе пуговки были весьма технологичны и изначально предполагали сбор по частям и спуск в уже вооруженном и боеготовом виде. Еще один момент - одновременное строительство судов на Балтике и в Николаеве упиралось в ограниченные производственные возможности Ижорского завода по прокату брони, и нужно было выбирать приоритеты что главнее. Кроме того, сама по себе изогнутые пятиметровые листы для "Новгорода" требовали отдельных решений по прокатному стану и закаливанию, что тоже неумолимо сдвигало график вправо и мешало другим заказам. В общем, этот странный и смелый эксперимент скорее должен был производиться в богатых Англии или Франции, но не в ограниченной в средствах и производственных возможностях Российской империи. Но то что в итоге построили вошло в историю мирового кораблестроения как символ первых десятилетий эпохи брони и пара, когда в металле воплощались зачастую самые курьезные проекты.
Поповки были бы невозможны, если бы не хорошая спетость их создателя, адмирала А.А. Попова с управляющим морским министерством Н.К. Краббе и главного куратора флота великого князя Константина Николаевича, дававшего добро и деньги на все начинания. Неугомонный Попов разрабатывал было проекты уже эллиптических броненосцев, когда восхождение на престол Александра Третьего повлекло смену всего руководства флотом, в том числе и недолюбливаемым новым монархом своего дяди генерал-адмирала и всех подчиненных ему по цепочке кораблестроителей. И 1880-е прошли как эра адмирала Шестакова, в которых таким смелым экспериментам места и денег уже не нашлось. Но про те корабли русского флота есть другие книги.
23 понравилось
