Бриджит Джонс. Без ума от мальчишки

- Меня зовут Кен69. Это имя означает мой «официальный» возраст, мои сексуальные предпочтения и мой ник на интернет-сайте знакомств. Впрочем, теперь, когда я встретил вас, ник мне может больше и не понадобиться!
Фу, подумала я, но врожденная вежливость заставила меня лицемерно улыбнуться.

Это ведь очень много – знать, что кому-то есть до тебя дело, что кто-то понимает и ценит твои шутки и может пошутить в ответ.

Ладно, вернусь к занятиям йогой, попробую стать легкой и изящной.
Или встречусь с подругами и просто напьюсь.

Когда у тебя есть дети, ты не можешь позволить себе развалиться, рассы́паться, опустить руки. Ради них ты должна жить дальше, как бы больно тебе ни было. Жить дальше, двигаться дальше, пусть даже ты не идешь, а ковыляешь.

Как сказал Оскар Уайльд, тридцать пять-настолько подходящий для женщины возраст, что многие из них решают оставаться тридцатипятилетними до конца своих дней. И я не потороплюсь отнести себя к числу исключений...

Но предчувствие у меня было почему-то не слишком приятное. Примерно так же чувствуешь себя, когда идешь к зубному врачу на профилактичнский осмотр, но в глубине души знаешь: будут сверлить.

Наконец-то преодолен семидесятикилограммовый барьер (правда, я стояла на одной ноге и слегка опиралась на раковину).

Никак не могу сообразить, что нужно сделать, чтобы загрузить фото. Вместо него в моей анкете – серый вытянутый кружок, похожий на яйцо. Ладно, сойдет… Будем считать это моей фотографией до зачатия.

А теперь я скжу: отншения – довольно сложная штука, которая зависит от… от шести других штук. Их фантазии о тебе. Их фантазии об отношениях. Твои фантазии о них. Их фантазии о себе. Твои фантазии о них. Их фантазии о твоих фантазиях относительно их фантазий… Это сколько уже?… Ах да, еще их фантазии о них самих…

- А м-можно мне еще нмнжечко вашего "Пиммза"? - проговорила она слегка заплетающимся языком, и я почувствовала к ней глубокую симпатию. Всегда приятно иметь дело с человеком, который ведет себя еще хуже, чем ты.