Цитаты из книги Громкий шепот

Мы все разные. Каждому из нас нужно время, чтобы осознать, принять и только затем проговорить вслух. Сделать выбор — хранить и оберегать свой секрет или встать под обстрел и принять все пули, раскрыв правду. Мы не имеем права обижаться на то, что нам сразу не предоставили отчёт со всеми подробностями, которые нам так хотелось бы узнать.

Неважно, как долго они знакомы. Можно сколько угодно говорить:«я знаю его как свои пять пальцев», но в какой то момент обнаружится , что ты смотрел на свою ладонь в темноте.

если вам хочется смеяться — смейтесь громче всех; когда пробирают слёзы — рыдайте навзрыд и не стесняйтесь этого; при желании закричать от несправедливости и злости — орите во всё горло. Мы — люди, и для того, чтобы чувствовать себя живыми, нам нужно прежде всего понять и принять, что каждый человек на этой планете имеет право на слабость.

Человека определяет человечность, а не какой-то там список того, что он должен сделать. Ты вообще никому ничего не должна, если уж на то пошло.

Мой вам совет: если вам хочется смеяться – смейтесь громче всех; когда пробирают слезы – рыдайте навзрыд и не стесняйтесь этого; при желании закричать от несправедливости и злости – орите во все горло. Мы – люди, и для того, чтобы чувствовать себя живыми, нам нужно прежде всего понять и принять, что каждый человек на этой планете имеет право на слабость.

- Мне нельзя говорить таких слов.
- Так уж случилось, что я их сказал. Потому что это правда. Ты нужна мне. Я люблю тебя. И не прошу твоей любви в ответ, просто не уходи.

За самыми яркими и широкими улыбками таятся самые израненные души.

- Случилась небольшая оказия.
— Ты спалила дом, Валери. Это далеко от «небольшой оказии»

Любишь стрелять из лука? - Шепчу, не сводя с него глаз. Люблю попадать в цель. — Он обжигает дыханием мои губы, нежно целует.
- Ты давно в неё попал.

Истинная любовь кроется в изъянах, a не в красоте.

Однажды Нейт сказал, что худшее, что может быть в жизни, — это наблюдать, как человек, которого ты любишь, начинает видеть в тебе лишь чудовище.