Вище неба

Я понял, что никто другой не обязан любить меня. Поэтому я начал любить себя сам.

Ваше сердце не может внезапно перестать тосковать по человеку только потому, что вы этого хотите.

— Ты — моя личная версия рая, малышка Стиви.

— Любительница пива и баскетбола, да, Стиви? Что я должен сделать, чтобы ты всю ночь просидела в моем баре?
— Зависит от того, сколько пива ты мне нальешь.
Он издал глубокий, сексуальный смех:
— Твой бокал никогда не останется пустым.

Ему просто нужно, чтобы кто-то увидел, какой он на самом деле, и принял его.

Вся задняя половина самолета заполнена голыми мужчинами, подтянутыми задницами и татуировками, куда бы я ни посмотрела. Мы с Инди даже не притворяемся, что не смотрим. Мы смотрим, и вы бы не смогли заплатить нам за то, чтобы мы отвернулись.

Я знаю, любить кого-то страшно, а позволять кому-то любить тебя, особенно после всего, через что мы прошли, ещё страшнее. Но уверяю тебя, с правильным человеком это того стоит.

Зи, ты самый лучший парень и заслуживаешь самого лучшего, но ты должен принимать это лучшее, когда оно приходит в твою жизнь

Утешение добавляет интимности

Он очень любит и заботится о своих близких чертовски сильно. Так что в нем нет ничего такого, что надо менять. Ему просто нужно, чтобы кто-то принял его таким, какой он есть, и оценил его достоинства.

— Ты самый лучший парень, Зи. Ты заслуживаешь всего хорошего, но ты должен принимать это, когда оно приходит в твою жизнь.

Раньше я был самим собой, и этого было недостаточно. Моя собственная мать бросила меня, ради всего святого!

— Ты влюблен в себя.
— Кто-то должен.

— Поверь моему опыту, — продолжает Мэддисон. — Все это, — он обводит взглядом гостиничный номер, — слава, деньги, поклонники. Все это не стоит того, если она не является частью твоей жизни.