– Ну, что же, дорогие мои, – тем временем складно пела мачеха свою длинную речь, – я посмею сделать объявление. Сегодня в нашем уютном семейном кругу… Да, я не постесняюсь этого слова, ведь все как родные…
«Ага, особенно психиатр. Такой родной! Такой родной, что мечтает по-родственному меня в психушку засунуть…»

Холодов сильнее натянул плед на мне, не оставляя ни одного открытого места холодному ветру, накрывая своими руками, давая мне твердое чувство защиты и уюта. Да мне даже прохладно не было!Куда там?!
В медвежьих-то объятиях!

– Спишь? – будничным тоном поинтересовался Холодов.
– Ты не даешь.
– Когда я не буду давать тебе спать, то мы будем в одном месте и голые.