— Я заместитель начальника городского отделения полиции, — представился тот. — Но многим нравится называть меня «депьюти», как будто я помощник шерифа. Хорошо, что вы открылись, бара нам не хватало.
— Разве полиция одобряет питейные заведения?
— Когда люди организованно выпивают в одном месте, это уже не пьянство, а общественная жизнь. А, если что, наш участок буквально в двух шагах.
Полицейский протянул руку, и я её пожал. Рукопожатие поразило жёсткостью и силой.
— Протез, — сухо стукнул костяшками пальцев по стойке полицейский. — Пострадал на прошлом месте несения службы.
— Вся рука или только кисть?
— Обе руки. Плечевой пояс. Позвоночник. Лицевая часть черепа. Ноги. Я не всегда был такой красавчик, но профсоюз не поскупился на пластику. От моего собственного лица ничего не осталось, это выбрали из каталога клиники. Я был в коме, меня не спросили, но теперь уже привык.
Улыбка выглядит почти естественно, разве что отличается идеальной симметрией, которая редко бывает у людей.
— Да вы прямо Терминатор!
— Кто?
— Кино такое. Не видели?
— Нет. Впрочем, неважно. У нас тихий городок, но, если что, я всегда рядом.