Собачий лес

В детском саду, в который мы все ходили с осени до весны, он уже обсуждал с пацанами, как незаметно изнасиловать воспитательницу Регину Анатольевну. Что такое изнасиловать я не знал, но звучало здорово.

"– Если медсестра и собачник насовсем пропали, – сказал я, – то откуда ты узнала, что там ничего нету?

Ты подошла ко мне так близко, что от твоего дыхания у меня в носу задрожала козюлька:

– Оттуда."

– По своему развитию Лена существенно опережала одногодок, – говорил доктор Свиридов.

Все посмотрели, как мы с тобой, демонстрируя отсталое развитие, наперегонки ели квашеную капусту.

Утро выдалось беззаботное. Лес, вдоль которого тянулась грунтовка, дышал горячей сыростью. На опушке расположились коровы. Зеленые мясные мухи, жужжа как в кино мессершмитты, кружили над свежими блинами какашек, пикировали на коровьи бока. Коровы в ответ лишь лениво прядали ушами.

Все, кто остался жив, наверное, были счастливы

– Миу гладить – это понятно, – сказал я. – А вот ее отца я ни за что не согласился бы гладить.

Ноготок перестал стучать по столу.

– Тебя никто и не заставлял его гладить, – ответила тетка.

– А тебя кто заставлял? – спросил я.

– А ты знаешь, – сказал Сашка, – чтобы стать октябренком, надо убить свою бабку? Ну или тетку хотя бы. Кому как повезет.

Среди игрушечных солдатиков всегда есть один настоящий.

– Надо было, наверное, ее по голове погладить, – с сомнением сказала она.

– Зачем? – спросил я.

Тетка выдохнула как продырявленный мяч:

– Затем, что человек всю жизнь с благодарностью помнит каждое доброе прикосновение, – сказала и тут же засобиралась неизвестно куда.