Andersen`s Fairy Tales

К 210-летию великого мечтателя.

"Сказочная поэзия — это самая широкая область поэзии, она простирается от кровавых могил древности до разноцветных картинок простодушной детской легенды, вбирает в себя народную литературу и художественные произведения, она для меня представительница всякой поэзии, и тот, кто ею овладел, может вложить в нее и трагическое, и комическое, и наивное, и иронию, и юмор, к услугам его и струны лиры, и лепет ребенка, и речь естествоиспытателя". Г. Х. Андерсен

Во все времена - в раскаленный ли от жаркого солнца летний полдень, в дождливое ли осеннее утро, зимним ли вечером, наполненным предвкушением чуда; в колыбельку восторженного малютки или к одру разочаровавшегося в жизни старика, в дворец знатного вельможи или в каморку бедняка тихой поступью прокрадывались сказки. Бережно и с невыразимой нежностью подхватывали они своими бесплотными руками мечтателей со всех уголков мира и быстрее ветра и солнечного света уносили в свои неведомые воздушные города, сотканные из хрустальной фантазии. И по сию пору в сладких грезах счастливцев благоухают диковинные цветы Химеры, переливаются всеми оттенками радуги невиданной красоты картинки из чужих снов.

"Сказки — блестящее, лучшее в мире золото, то золото, что блестит огоньком в детских глазах, звенит смехом из детских уст и уст родителей." Г. Х. Андерсен

Совершенно особенное место в этом рое сновидений принадлежит подлинно бессмертному волшебнику - Гансу Христиану Андерсену. В чем же секрет феноменального, поистине всепланетарного, неиссякающего с годами интереса к сказочному наследию Андерсена?

Под пером Андерсена растворяются границы между миром живых существ и миром неодушевленных предметов. Подобно древним людям, он вдыхает пламя жизни в каждый окружающий его предмет, существо или явление, наделяет их характером, волей, судьбой, разыгрывает с ними драмы и комедии. Он дарует им голос - и вот уже они говорят, размышляют, принимают решения. Для сказочника не существует недопустимых, неподходящих героев. Полету его фантазии подвластно решительно всё. Все без исключения получают в дар душу - будь то человек, животное или цветок, эльф или тролль, а быть может старый уличный фонарь или ветер и звезды.

"Этого великого поэта в прозе отличало одно крестьянское свойство — древнее чутье относительно чудес, связанных с обычными бытовыми предметами. Ханс Андерсен нашел бы их более по эту сторону зеркала, чем Алиса во всем Зазеркалье." Г. К. Честертон

Андерсен отбрасывает прочь все рамки и условности, создает принципиально отличное от иных, уже существовавших, сказочных миров пространство.

"Это не повествование, а игра. Нам протягивают руку, приглашая участвовать. Правила такие: мир прозрачен насквозь. Вообще отменяется всякая непроницаемость, нет глухих стен и неслышных мыслей, нет неодушевленных предметов, вся природа говорит человеческим голосом, пространство и время не представляют препятствий." С. Лурье

Жителей своих историй Андерсен рисует парой-тройкой штрихов. Достаточно приметить несколько не слишком очевидных деталей, упомянуть о них вскользь - они дают куда более тонкое и глубокое представление о героях, чем многословные, тяжеловесные описания.
Какие же они - жители этого мира снов?
Они разные - добрые и злые, честные и лживые, самоотверженные и погрязшие в мелочных заботах, сосредоточенные на своем внутреннем мире. Неизменно почти всех их объединяет одно - все они очень похожи на своего создателя. И подчас также безобидны, а потому ранимы, чисты и наивны, веселы и открыты навстречу разноцветной жизни.

Автобиографичность сказок Андерсена отдельная тема. Нет почти ни одной вехи в биографии писателя или черты в его характере, которые бы не нашли своего пристанища в той или иной истории.
Это тот самый случай, в котором судить о творчестве автора, скрупулезно вглядываясь в его "книгу жизни", не только не зазорно, но строго необходимо. Иначе самая важная, глубинная суть рискует ускользнуть из рук. Андерсен знал все о лучших и неприглядных сторонах своей личности и с поразительной честностью мог от души высмеивать или лелеять их в своих героях. Да и сама его жизнь очень похожа на сказку, хотя это уже отдельная история.

Сам того не подозревая...

Сам того не подозревая, Андерсен был блестящим стилистом. Более того, изобретателем совершенно новой формации литературного языка - письменного разговорного языка. На ощупь, но с удивительной смелостью он вывел собственную, доселе не ведомую языковую формулу. Уникальность ее состоит в простых, почти примитивных словесных конструкциях. Андерсен не использует замысловатую лексику, громоздкие предложения. Его "речь" лаконична, полна повседневных словечек, почти лишена иносказательности, невероятно естественна, а главное, очень похожа на детскую. А разве не именно так должны разговаривать со своими читателями сказки?
Во времена Андерсена любые подобные эксперименты с литературным языком были неслыханной дерзостью. Но разве истинного художника могут остановить сомнения и недовольство высокой публики? Сказочник смог отстоять свою индивидуальность.

Самобытную окраску языку Андерсена придают слова-эмоции, слова-движения - автор не просто отправляет оловянного солдатика в путь, но и задает ритм его движению - "шел солдат по дороге: раз-два! раз-два!", не просто упоминает некую мелодию, а проигрывает ее словами - "трам-пам-пам". Этот незатейливый, немного наивный прием без усилий делает текст объемным.
Манера Ганса Христиана не лишена порой восторженно-патетических нот, но почти всегда эта барочность "к лицу" историям. Она особенно хороша, контрастируя с традиционными для Андерсена, - детской наивностью, подкупающей прямолинейностью, лукавой иронией и задорной веселостью.

Истории Андерсена, даже самые, на первый взгляд, безысходные - полны света, жизнелюбия, неискоренимой невзгодами веры в лучшее. Философия сказок основана на призыве к читателю - открыться навстречу жизни, с благодарностью принимать каждый день, полюбить все сущее на земле.
Да, есть в сказках Андерсена место и печали, и жестокости, но над всем суетным неизменно витает всепобеждающая Вера - в человека, в Бога, в Божью милость и Его безраздельную любовь к любому созданию. Христианская мораль та самая основа, красная нить сказочной идеологии Андерсена.

***

О чем сказки и истории Андерсена? Что более всего занимает ум их создателя?
Вечная борьба добра и зла, жизни и смерти, человека и природы, красота и совершенство мира и созданий его населяющих, божественная целесообразность жизни.
Особенная глава в сказочном наследии Андерсена - "итальянские" сказки. Неизгладимое впечатление, наложившее отпечаток на все его творчество, произвело на Андерсена путешествие в Италию. Он был покорен этой чудной страной, ее народом и пронес это трепетное чувство через всю жизнь. Невероятно поэтичные, одухотворенные истории стали плодом этой любви. Пропитанные солнцем и духом свободы, исполненные изящества они "размышляют" об искусстве и высшем предназначении.
Национальная гордость датчанина, нежная любовь к суровой северной родине также вылились в замечательные сказки и истории. В воображении миллионов людей из разных уголков мира Дания, уже которое столетие, предстает именно такой, какой ее "соткал" в своих сказках Ганс Христиан - волшебным, уютным местом, где обитают чудеса; маленьким, но исполненным заслуженной гордости государством со славной историей.

Уже много-много лет сказки и истории великого мастера живут в сердцах людей - поучительные притчи и фантасмагорические вакханалии, едко-ироничные фельетоны и пафосные стихи в прозе с налетом древнегреческой трагедии.
Так в чем же их самый главный секрет???

"У сказок много секретов, и некоторые из них можно разгадать. Но не все. Китайский капельмейстер держал речь, полную самых мудрых китайских слов, чтобы объяснить устройство искусственной птички. С живым соловьем этого проделать было нельзя." Б. Грёнбек