Порой обыватели недовольно брюзжали по поводу
университетской публики с ее заумными разговорами, антивоенными маршами и
вмешательством в городские дела, но никогда не возмущались потоком налоговых
долларов, ежегодно стекавшихся в казну за уютные профессорские особнячки и
многоквартирные дома, располагавшиеся в районе, который одни студенты называли
«Голубым раем», а другие — «Бесстыжим кварталом».