
Электронная
399 ₽320 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я в очередной раз решительно довольна творением Йаны Бориз.
Автор снова порадовала семейной историей на фоне революции и войны. Отношения между деть и родителями, между супругами, между влюблёнными. Такие разные судьбы, такие сложные повороты судьбы!
В общем, читала я с большим удовольствием! И переживала за многих персонажей. Отдельно выделю Ипполита Романовича - ушлый дед оказался, конечно. Пожил где-то там свою лучшую жизнь, память случайно обнулил и вернулся. А Тамила с Апполинарией уж слишком обидчивые какие-то, долго мосты наводили. Хотя может это все дворянские замашки.
Короче, я жду ещё книгу автора. Очень жду, товарищ Йана Бориз!

Я "оптом" приобрела все три книги Йаны Бориз, читала по очередности выхода: Верблюд, Жирандоль, Персефона. Впечатления ухудшались от книги к книге. Если "По степи шагал верблюд" мне скорее понравилась, то "Персефона" раздражала целиком и полностью. Из плюсов обложка, которая не совпадает с описанной в книге статуей, но это конечно ерунда. В остальном, не покидало ощущение, что Йану Бориз держат в плену и пытают, заставляя из раза в раз переписывать один и тот же сюжет.
"Массовка" раздражала, грозди исторических событий я практически проскакивала, так как продвижения войск на сюжет никак особо не влияли. Все эти персонажи, всплывающие просто чтобы было сидят в печенках.
Книга может и ничего, если её читать одну или после огромного перерыва после предыдущих. Но не повторяйте моих ошибок - не читайте Бориз залпом.

Этот роман написан для женщин, поэтому буду краток. Слог на высоте, историзм оставляет ряд вопросов, сюжет на твердую пятерку. Но мне все это показалось немного сказочным. Слишком уж твердо следуют героини зашитому в них фамильному коду: влюбляются в ранней юности и на всю жизнь, ссорятся с матерью, отдают предпочтение отцу. Пожалуй, дамам будет проще разобраться с этим.
Мне понравились метаморфозы героев. зависимости от локации. Успешная и избалованная Тамила, попадая в столицу, чувствует себя не в своей тарелке, и даже ее вредила-мать оказывается более просвещенной и продвинутой в части литературных и театральных новинок, умеет поддержать разговор с внуками, как не удается самой мадам генеральше. Меня Тамила вообще не впечатлила. сначала она дурочка, потом теряет голову от любви к Степану, потом снова становится заносчивой и несносной. Аполлинария, не уступает дочери недостатками, Владу мы не успеваем как следует проанализировать. Одна Яся молодец.
Кто покоряет, так это Степан. Он и карьеру сделал, и подлецом не стал, и о семье заботится, и в любви счастлив. Глядя на такого, хочется жить, воевать, побеждать. Причем как ни странно, он не превращается в человека-функцию, остается живым, пластичным, наверное, исключительно благодаря авторскому таланту, потому что обычно такие персонажи парят аки ангелы, превращая напряженную фабулу в житие.
Больше всего меня покорили последние главы, где речь идет о судьбе Ипполита Романовича в степях. Тут много нерусского колорита, пахнет полынью и страстью, колдовством и поломанными судьбами, а это всегда впечатляет.

Между ними не прозвучали главные слова: он не придумал, что сказать, а она пока не знала, что хотела услышать

Воистину: дарование чудес требует чудес. Я всегда преклонялась перед поцелованными талантом людьми, артистами. Их жизнь - яркие иллюстрации, а наши - обыденная монохромная печать.

Густой медный голос Свято-Троицкой колокольни осторожно пополз по Зубовке, свернул на Пречистенку, там осмелел, выпрямился, расправил могучие обертоны и накрыл праздничным перезвоном и каменные боярские хоромы, и дровяные склады, и конюшни вместе с рысаками и клячами, гнусавыми конюхами и неторопливыми фуражирами. Он поднял голову навстречу закату и поклонился недалёкому Кремлю, потом, утомившись бубнить басами, рассыпался на сотни теноров. Одни полетели к реке искупаться в сизых осенних водах, другие зацепились за кованые кружева забора и повисли праздничными гирляндами у входа в храм.




















Другие издания

