Каждому своё

во время тяжелых эмоциональных потрясений самый главный враг человека – это безделье, потому что оно подталкивает тебя утонуть в океане жалости к самому себе. Нужно что-то делать, чтобы не сломаться и не потерять ясность мышления, чтобы понимать, что жизнь продолжается. Продолжается назло бедам.

Обезумевшая толпа отличается от стада охваченных паникой животных тем, что она хуже.

– Ты помнишь лозунг «Всё лучшее – детям!», инженер? Конечно, помнишь! Так вот, это принцип всех времён, кроме одного: кроме такого, как сейчас! Во времена катастрофы, охватившей весь мир, дети не выживают. Это не просто слабое звено. Это обуза, оттягивающая на себя силы и средства. Если погибнут дети, но выживут взрослые, мир ещё может возродиться. Взрослые найдут чистое место или забьются в какой-нибудь вонючий угол, и если не передохнут, то у них ещё могут быть дети. Если повезёт.

Обезумевшая толпа отличается от стада охваченных паникой животных тем, что оно хуже.

– Дочь забери! – наблюдающий за их тщетными потугами Порфирьев шагнул к Антону. – А ты сгоняй за вагон, постереги рюкзак! – велел он Давиду. – Справишься?
– Там же трупы! – воспротивился Антон, принимая из рук жены дочурку. – Он же ребёнок!
– Справлюсь! – воинственно заявил Давид, срываясь с места, и юркнул в просвет между вагонами.
– Жеребёнок? – Порфирьев скептически поднял брови. – А с вида впотьмах на человека похож. Хотя тебе, конечно, виднее. Отойди, не мешайся под ногами

Гораздо выгоднее проиграть бой и выиграть войну, чем наоборот. Гибкость решает!

Черный юмор военных – деревянный, как Буратино.

веселиться в условиях смертельной опасности могут только психически нездоровые люди.

Недовольные будут всегда. Что бы ни делал лидер, его действия всегда будут порождать как сторонников, так и противников.

После гибели самого мира – мира не стало, но мерзость, враждебность и отвратность никуда не делись.